— Не обращай внимания на Лиама, — произнес он. — Ты ведь знаешь, какой он раздражительный, когда дело доходит до чувств. Лиам всегда все принимает близко к сердцу, и не умеет рассуждать здраво. Но он прав, ты что-то скрываешь от нас. У тебя всегда были планы, и свои собственные взгляды на происходящее, но если ты сказал все Ауре, для того, чтобы она не сделала ложных выводов, почему бы тебе и нам не раскрыть все карты?

Кэмерон не торопил Рэна с ответом. Он медленно прохаживался по кабинету, оживляя завядшие растения, и словно думая о чем-то своем.

— Я солгал, — наконец произнес Рэн.

Кэмерон, со спокойствием вернулся в кресло, ожидая дальнейших подробностей, но, не выглядя особенно заинтересованным.

— Я солгал, что заключил в Кристине часть души Ауры. Я хотел уберечь ее от будущих бед, хотел сделать ее жизнь немного легче. В тот день, когда я забрал ее память, я забрал и часть ее души. Но тогда я солгал, что Кристина — сосуд.

Рот Кэмерона в изумлении приоткрылся:

— О чем ты говоришь?

— Я говорю о том, что тело Кристины чистое и незапятнанное, как и тело Ауры. Они обе невинны, Кэмерон.

— Ты что, действительно сошел с ума? — в глазах Кэмерона появились искорки пламени. — Зачем ты это сделал? Где темная часть души Ауры?

— Я оставил ее у себя, Кэмерон, не беспокойся.

— Но было гораздо безопаснее поместить ее в человеческий сосуд, Рэн. Почему ты не сделал этого с Кристиной? Почему ты нам солгал?

— Потому, что я не хотел, чтобы Кристина стала оскверненной. — Рэн опустился в кресло. — Я выбрал ее с самого начала.

— Почему?

— Разве ты еще не понял?

— Ты имеешь в виду то, что Кристина — сестра Ауры? Она дочь Кристофера и Изабелль.

— Да.

— Ты выбрал ее поэтому?

— Нет. Я выбрал ее потому, что она изначально была чиста, словно целомудренный ангел. Ангел и Демон. Как я мог выбрать одну и пренебречь другой?

— Ты солгал, чтобы уберечь их обоих? И частичка души Ауры, у тебя, не у Кристины? — Кэмерон выглядел так, словно не понимал, что происходит, и в каком мире он сейчас оказался. Все перепуталось, даже для него, ангела Жизни.

— Да, пришлось вновь лгать. Пришлось пустить слух, что тело Кристины осквернено, чтобы никто не стал следить за Аурой. Но они следили. Я сделал это еще и потому, что Кристина должна была находиться под защитой этих лживых сплетен.

— Для чего?

— Кристина беременна.

Глава 14

Адам Росс сидел в своей машине на парковке в аэропорту Нью-Йорка, ожидая посадки самолета из Вашингтона, и с предвкушением рассматривал людишек, что сновали туда-сюда с багажом. Они все спешили, но прежде чем проскользнуть мимо Адама, он все, же успевал заметить на их лицах коварные выражения. Их мысли не отличались особым разнообразием: массовая тревога, и депрессия. Каждый спешил. Никто не останавливался, чтобы посмотреть на город через окно, все торопились покинуть здание аэропорта.

Адама должно было бы это радовать, но он был раздражен.

Почему люди такие неискренние, черствые, жестокие? Отвратительные существа, которые зависимы от материальных средств. Адам тоже должен быть таким. И ему это удается, ведь у него нет души. Нет души, значит, нет чувств. Это далось ему нелегко — лишиться души, но эти люди, так устали от нее, что предпочитают не замечать, отметают всякую человечность.