Изменить размер шрифта - +

Варяг не отвечал, какое-то время, глядя на приборную панель, пытаясь понять, что происходит.
— Твою мать! — закричал вдруг он.
— В чем дело? — Николай уставился на него.
Яхонтов дернул рычаг и стал резко накренять нос самолета вниз, ложась при этом на правое крыло.
— Да в чем дело, Варяг?!
— Нас радар облучил какой-то! Они ракету запустили!
— Что?! Ракету?! КТО?!
— А я по чем знаю?! — Варяг продолжал пикировать, насколько это позволяли возможности самолета. Скорость заметно возросла и стальная птица уже

пересекла мыс. Внизу уже был пролив.
— Какую ракету?!
— Зенитную!
— А уклониться нельзя?! — крикнул Вячеслав.
— Был бы это мой истребитель, еще вопрос, можно или нет! А этот чемодан неповоротливый!..
— Твою мать! А у нас и парашютов нет! — сокрушался Сквернослов.
— А нахрена они нам, Славик! — орал Варяг, борясь с управлением. — В Арктике да еще во время ядерной зимы прыгать?! Оставить все снаряжение,

машину, оружие и треклятую бомбу в самолете?! Нахрена нам такое спасение?!
Самолет ревел и весь трясся, словно от ужаса перед приближающейся ракетой. Яхонтов дернул какой-то рычаг.
— Ты зачем рампу открываешь?! — Васнецов уставился на летчика.
— Ракета может маломощная! Тогда есть шанс сесть на брюхо и после поражения! Но гидравлику всю может побить! Тогда даже если сядем, луноход не

достанем!
— А он сейчас не вывалиться?!
— Он закреплен надежно!..
Слева возле крыла сверкнул, вспышка и раздался грохот. Затем удар дроби в борт. Самолет содрогнулся и завыл, резко кренясь на левое крыло. Варяг

дернул головой и посмотрел на иллюминатор. Внешний двигатель вообще исчез, словно его и не было. Внутренний дымил густым черным дымом. Из

пробоины в крыле пылью разлеталось длинным шлейфом топливо.
— Попали суки!
Казалось, самолет вот-вот перевернется.
— Коля! Выруби нахрен правый внутренний двигатель! На внешнем тягу уменьши! Я вырубаю подачу топлива на левые двигатели! Один вообще снесло к

чертям!
Это немного помогло. Самолет стал выравниваться, но его при этом стало так трясти, что казалось он сейчас рассыпаться.
— Что за твари, долбить вашу мать! — орал Сквернослов, — На кой хер они это сделали, пидоры! Ну суки! Ну, мать их, сссуки!
— Мы падаем, Варяг?! — заорал Васнецов. — МЫ ПАДАЕМ?!
— Еще как еб…


***

Ветер уныло гонял снежную пыль по бескрайней арктической пустыне, заставляя мелкие гранулы перекатываться по снежным барханам, взлетать, биться

друг об друга, и создавать новые барханы. Все это длилось годами и, ничего другого эта местность не знала. Но сегодня в эту унылую рутинную

работу северного ветра вторгся рев поверженного дракона. Из пелены забравшейся повыше вьюги огромным чудовищем вынырнул самолет. Он дымил и орал

в агонии. А внутри кричали люди.
Ил-76 стремительно приближался к замерзшей поверхности Берингова пролива. Вдруг он задрал нос и коснулся мощным брюхом вершин снежных барханов.

Ветер отступил в сторону, давая разметать снег этому чудовищу.
Самолет распахал снег, поднимая настоящий белый цунами расходящийся в разные стороны от бортов. Левое крыло оторвалось, и взмыв вверх ударилось

о хвост, который занесло. Самолет еще двигался по инерции, стоная и гудя, треща корпусом и лязга конструкцией, затем остановился, собрав перед

покореженным носом приличный снежный вал. Снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь арктическим ветром. Через несколько минут, на протяжении

которых была слышна лишь глухая возня внутри самолета, что-то загудело, забряцало, и из открытой рампы выскочил луноход.
Быстрый переход