— Господь говорит, что выбор есть всегда.

— Вот уж не знаю, смогли бы Господь и Эрл о чем-нибудь договориться. В любом случае, он хочет, чтобы сегодня вечером я убил его. Боюсь, что я не смогу ему отказать.

— Вы не сможете.

— А как, по-вашему, я ему откажу? Ведь я его лучший друг.

— Я буду молиться за него.

— Вряд ли это поможет, но все равно, спасибо вам на добром слове.

Оставшуюся часть утра Дюк посвятил прокладке нового газопровода для закусочной. Работа была почти сделана, но оборотень решил, что ему нет смысла торопиться. Копая землю, он мог выбросить из головы и ходячих мертвецов, и древних богов, и адскую закусочную, и мечтающего о самоубийстве вампира. На какое-то короткое время все эти заморочки перестали существовать. Его мысли были заняты исключительно траншеей и трубой. Физический труд не пугал Дюка, не был ему в тягость. Это было нечто такое, что необходимо сделать ради обещанных денег или же чтобы отвлечься от мрачных дум. Что ж, ему удалось на какое-то время занять себя и ни о чем не думать, но работа неизбежно приблизилась к завершению. Дюк бросил последнюю лопату земли на трубу и аккуратно разровнял поверхность.

Запах Тэмми его нос учуял еще до того, как она заговорила.

— Отличная работа.

— Спасибо.

Она подошла сзади и прижалась к нему, обхватив руками за талию.

Дюк попытался высвободиться.

— В чем дело, Дюк? — промурлыкала Тэмми. — Разве ты не любишь девушек?

Оборотень вонзил ржавую лопату в землю.

— Мне нравятся взрослые женщины.

— Да ладно тебе. — Она еще крепче прижалась к нему. — Можно подумать, я не вижу, что ты меня хочешь.

Он положил руки ей на плечи, стараясь свести контакт к минимуму — то есть, касался лишь пальцами, а не всей ладонью.

— Тэмми, этого не будет.

С этими словами Дюк осторожно, но решительно отодвинул ее от себя.

Тэмми обиженно выпятила нижнюю губку.

— Почему? Я же нравлюсь тебе. И ты мне нравишься.

— Потому что все не так просто, как кажется.

— Нет, просто.

Она похлопала ресницами и провела рукой по животу.

Первобытные силы, дремавшие в душе Дюка, ответили на заманчивое предложение согласием. Им хотелось одного — завалить Тэмми на землю, ощутить тепло ее кожи, любоваться капельками пота на ее груди, заставить ее стонать от наслаждения. В другое время и в другом месте он бы не раздумывал ни секунды. Однако в данный момент несколько тысяч лет существования человеческой цивилизации стали между ним и этой девушкой непреодолимой стеной. Нет, обитавшему в нем волку всегда было наплевать на условности — в отличие от Дюка-человека. Но и тот по части упрямства мог потягаться со зверем.

— Ну что ж, — вздохнула Тэмми. — Лоретта велела мне передать, что у нее к тебе разговор.

Они вошли в дом. Дюк нашел Лоретту на кухне. Толстуха стояла перед грилем, спиной к нему. Дюк кашлянул, чтобы обратить на себя ее внимание. Хозяйка закусочной медленно обернулась. Ее тупое, непроницаемое лицо покрывал слой серой пыли.

Оборотень повернулся к Тэмми.

— Твоих рук дело.

— Ты все-таки тормоз, Дюк. Мог бы и раньше догадаться.

С этим словами она бросила к его ногам небольшой флакон. Тот разбился от удара о пол, выпустив на волю тысячи крошечных демонов. Рой зеленых, коричневых и красных чертенят моментально облепил оборотня. Размером они были не больше крупной мухи, однако немалой своей массой вынудили Дюка застыть на месте. Призвав всю свою силу до последней капли, он все-таки сделал шаг вперед.