|
И мое дело. Малолетний наследник, закрытые доходы, то и дело всплывающий Сычев. Мутный компаньон-опекун. Значит ли это, что скоро тоже должна появиться какая-то «расписка»?
От автора: Новинка от Ника Перумова и Валерия Гурова.
Попаданец-микробиолог объявляет войну блокадному Голоду: у него несколько недель, чтобы спасти Ленинград и довести обречённых до Победы. Фашист будет бит.
Глава 16
Таська поставила передо мной тарелку с ячменной кашей, щедро сдобренной маслом, и изрядный кусок капустного пирога. Кружка исходила горячим паром и медовым ароматом. После зябкой ночи это было именно то, что надо.
Сама она уселась напротив меня и склонилась ближе, чтобы Пелагея, хлопочущая у плиты, не слышала.
— Хорошо мы придумали со свиданками, барин, — прошептала она. — Матушка теперь медовая ходит, вчерась мне обновочку купила! И важным гостям прислуживать пустила! Меня даже Софья Ильинична похвалила!
— А что за гости были у хозяина? — тихо спросил я.
— Какой-то господин Морозов, — продолжала шепотом трещать Таська. — И барышня с ним красивая очень. Как будто жена, только не жена. Сказали «спутница». Немужняя барышня с господином ездит, стыд-то какой!
— Друзья хозяина? — спросил я. Теперь я слушал уже очень внимательно.
— Да не! — мотнула головой Таська. — Они из Москвы вроде как приехали. И собираются у нас в Заволжске фабрику каку-то строить. Богатые очень, денег несчитано!
— Не передумала еще грамоте учиться? — тихо спросил я.
— Да ты что⁈ — Она быстро-быстро замотала головой, глаза ее азартно заблестели. Будто не про алфавит речь шла, а про очередные бусики. — Мне Софья Ильинична шепнула, что учиться мне надо!
Я посмотрел на нее и улыбнулся. С одной стороны, шефство над девчонкой — дело хлопотное, кроме того, я все-таки не учителем младших классов работал, чтобы в своих педагогических способностях быть на все сто уверенным. С другой — я привык планировать в долгую. И в моей ситуации вполне может оказаться, что Таська превратится в незаменимую союзницу. Когда-нибудь.
Я доел свой завтрак и встал. Подмигнул девушке и сказал громко, чтобы Пелагея слышала:
— А что, Настасья, погуляем сегодня?
— Ой, барин, пошто вы меня так смущаете⁈ — кокетливо захихикала Таська. Круглое лицо Пелагеи засияло самодовольством.
Я еще раз подмигнул Таське и вышел во двор. Федька, несмотря на ранний час, уже дежурил возле колонки. Я жестом подозвал его и прошептал.
— Собери ребят. У меня есть для вас всех задания на сегодня.
Тот с готовностью кивнул и пулей скрылся со двора, перемахнув через забор.
А я вернулся к себе в каморку и снова развернул дело Ведерниковой.
Стопроцентным выигрышем это пока что не было. Все еще оставались пробелы, куда противная сторона могла всунуть эти свои «временные прояснения сознания». Одного из парней я направлю, конечно, на заполнение пробелов, но дальше все будет зависеть от ораторского таланта Александр Сергеича.
А этого недостаточно. Мне нужен еще один инструмент. Страховочная дубина, можно сказать.
Сейчас наше дело — это гражданский процесс. И в таковых рамках нам и следует его удержать. Потому что если переквалифицировать дело в уголовное, например, о подделке подписи и мошенничестве, то Александр Сергеевич теряет возможность на нем выступать, потому что он, несмотря на возраст, всего лишь помощник присяжного поверенного. И на первый план должен будет выйти Сергей Аполлонович. А он, насколько я знаю, совсем не настроен на победу в деле Ведерниковой. Так что нам такой поворот категорически не выгоден. |