— И меня это не удивило бы, мистер Фэлкон. Перевод на миллиард — это не шутка. Кое-кто мог бы заинтересоваться. Откуда деньги поступили?

— По-видимому, из Германии. Но возможно, из нескольких стран. Понимаю, все это звучит весьма неопределенно, но, право, без вашей помощи мне не обойтись. — Фэлкон еще раз покосился в сторону регистратуры, но тот мужчина уже исчез.

— Сделаю все, что в моих силах. Кое-какие мысли на этот счет есть. Если удастся отыскать эти деньги, что конкретно вы хотели бы знать?

— Одну очень простую вещь. Откуда они отправлены. И кем. Если вам понадобится потолковать с людьми из других учреждений — валяйте, только в Южном Национальном — никому ни слова. Договорились?

— Да-да, понял вас. Как только раскопаю что-нибудь, позвоню.

— Не надо. Недели две меня в банке не будет. Я сейчас... э-э... на одном семинаре. Так что я сам свяжусь с вами, идет?

— Ладно.

На сей раз Эдди уловил в голосе Мартинеса настороженность. Похоже, он собирался задать какой-то вопрос, но потом раздумал.

— Ладно, Эдди, спасибо. До связи.

Фэлкон повесил трубку и заглянул в телефонный справочник Южного Национального, который захватил с собой из дома. Неплохо бы позвонить Хеннингсу и Джонсу и убедиться в том, что Барксдейл и Борман действительно работают с ними по делу «Пенн-мар». Но это слишком рискованно. Если и впрямь работают, то оба сразу же доложат Барксдейлу, что Фэлкон нарушил условие конфиденциальности. Он обвел взглядом вестибюль и направился к выходу.

* * *

Дженни быстрым шагом шла по Седьмой авеню в сторону Пенсильванского вокзала. Остановившись у светофора на углу Тридцать девятой, она бросила взгляд на часы: пять тридцать две. До поезда, который доставит ее в Нью-Брунсвик, восемь минут.

Последнее время ей не хватало Фэлкона. В отсутствие Эндрю атмосфера на работе стала унылой без его кипучей энергии. Большинство сотрудников банка передвигаются, как сомнамбулы. В сотый, наверное, раз Дженни подумала о том, почему он столь внезапно перешел на домашний режим работы. В конце концов, ведь в штате Южного Национального Фэлкон состоит не так уж давно.

Светофор переключился на зеленый, и Дженни рванулась вперед. Вокруг сновал служивый люд, спешащий на поезда, автобусы, такси. Не так-то просто передвигаться в такой толпе.

На Дженни налетел какой-то мужчина, и она от неожиданности выронила большую черную сумку. Содержимое ее посыпалось на мостовую.

— Вот черт! — Явно неудачный день выдался сегодня. Опускаясь на колени, чтобы подобрать разлетевшиеся во все стороны вещи, Дженни уже собиралась разразиться в адрес обидчика гневной тирадой, но он остановился, чтобы помочь ей.

— Извините ради Бога, — скрипучим голосом сказал мужчина, опускаясь на корточки.

Дженни вгляделась в него. Совершенно незапоминающийся тип: средний рост, среднее сложение, все среднее.

— Ничего страшного.

Совместными усилиями они быстро вернули содержимое сумки на место, и Дженни уже собралась продолжить путь, но мужчина удержал ее.

— Нам нужно знать все о Фэлконе, — негромко проговорил он. — Все, что он делает, куда ходит — все. Оба ваши телефона, рабочий и домашний, прослушиваются. Но если Фэлкон попытается связаться с вами каким-нибудь другим образом, не по телефону, нам должно быть об этом известно. Немедленно. Не пытайтесь найти «жучки», никому не передавайте этого разговора. Если дорожите жизнью, конечно. Тут записан номер телефона. — Он сунул ей в руку листок бумаги и с силой загнул пальцы.