|
Если дорожите жизнью, конечно. Тут записан номер телефона. — Он сунул ей в руку листок бумаги и с силой загнул пальцы. — Позвоните, если сочтете, что можете сообщить нечто, представляющее для нас хоть самый малый интерес. Не рассказывайте Фэлкону о нашей встрече. И не пытайтесь уйти с работы в Южном Национальном. Иначе — убью.
У Дженни от ужаса перехватило дыхание. Феникс Грей, а это был он, мрачно улыбнулся.
— Между прочим, если будете умницей, наше сотрудничество может оказаться для вас весьма выгодным. К тому же, вы ведь и так ненавидите Фэлкона. Во всяком случае, должны бы. Он очень дурно обошелся с вами.
Дженни посмотрела вслед мгновенно растворившемуся в толпе мужчине и тут же перевела взгляд на клочок бумаги, который он сунул ей. Знакомый формат, знакомый цвет. Это была долларовая купюра. Нет-нет, не однодолларовая. Дженни разгладила купюру. Тысяча долларов. Дженни просверлила взглядом толпу, но не увидела нового знакомого.
«Иначе — убью». Он сказал это так небрежно, словно удачи пожелал. Дженни вздрогнула. Во что это Фэлкон вляпался? Она снова посмотрела на тысячедолларовую купюру. И во что вляпалась она?
* * *
— Сегодня утром Фэлкон выходил из дома позвонить. Из телефона-автомата в гостинице.
— Что-о?
— То, что я сказал.
— Да, но какого черта это ему понадобилось? Он что, «жучок» обнаружил? Скорее всего. Другого объяснения нет.
— Не мог он найти «жучок». Это исключено. «Жучок» спрятан в компьютере, а Фэлкон совершенно не разбирается в электронике.
— Тогда зачем ему понадобилось уходить из дома?
— Не знаю.
— А о чем он говорил по телефону?
— Не знаю. Так близко, чтобы расслышать, подойти не удалось. И кому он звонил, опять-таки не знаю. Но после того, как Фэлкон ушел, я поставил автомат на прослушку.
— И правильно сделали. Если что, сразу дайте мне знать.
— Хорошо.
Резерфорд повесил трубку. Может, Тернер Прескотт был прав и ему действительно следовало бы попытаться убедить Грэнвилла не втягивать Фэлкона в это дело. Резерфорд посмотрел на закат. Все последние дни время тянулось нестерпимо медленно.
Глава 13
— Вы действительно считаете, что «Пенн-мар» — дело стоящее? — Взгляд Виктора Фаринхолта на мгновение задержался на Питере Лейне и скользнул дальше, туда, где над Вашингтоном возвышался огромный купол Капитолия.
— Сто процентов, — так решительно заявил Лейн, что даже сам немного смутился. Слишком уж он давит. Фаринхолт это и по голосу может понять. — Право, мне так кажется, — более мягко повторил он. «Вот так и надо — поспокойнее. А то еще, глядишь, Фаринхолт заподозрит какой-нибудь подвох».
— Думаете, президенту стоит туда вложиться?
— Президенту, да и нескольким сенаторам. Слушайте, вам же не хуже моего известно, сколько ограничений у нас накладывают на выборных лиц в смысле вложения их средств. Ни тебе акций иностранных компаний или оборонных, ни того, ни сего. Перечислять можно до бесконечности. Но «Пенн-мар» не под запретом. Это крупная компания-производитель, изготавливающая химикаты в добрых старых Соединенных Штатах. Конечно, у нее есть интересы и за рубежом, но почти восемьдесят процентов прибыли оседает дома. И штаб-квартира ее, между прочим, расположена в Толедо, штат Огайо. Трудно вообразить что-нибудь более американское.
— Ладно, убедили, но само-то вложение — выгодное дело?
— На мой взгляд, да. За последнюю пару месяцев цены на акции немного поднялись, но волновать это не должно, резервы большие. |