— Как насчет доброго, хорошо выдержанного траха? — Дженни соблазнительно провела длинными ногтями по деревянной стойке и остановилась у толстых пальцев бармена.

Он выпрямился и откашлялся. Так, стало быть, голыми руками ее не возьмешь. А еще хуже то, что он не знает, как делается этот коктейль.

Дженни побарабанила пальцами по стойке. Она видела, что ей удалось смутить этого типа.

— Насколько я понимаю, вам даже неизвестно, что такое добрый, хорошо выдержанный трах? — Заметив на пальце бармена обручальное кольцо, Дженни усмехнулась. Скорее всего, жена его подпишется под этими словами.

— Пиво и еще раз пиво — вот что у нас пьют. — Бармену уже не терпелось избавиться от этой особы. Он сразу понял, что ему с ней не справиться, только посмешищем тебя выставит.

— Что ж, пусть так. Как насчет пива?

— Вот так заказ, — насмешливо бросил бармен. — А поточнее нельзя?

— «Хайнекен».

— У нас только свое, — покачал головой бармен. — «Бадвайзер» или «Миллер».

— Отлично. Мне «Бадвайзер».

Бармен отошел к холодильнику.

Дженни медленно повернулась на вращающемся стуле с клеенчатым сиденьем. Эндрю, склонившись над бильярдным столом в самом дальнем углу этого занюханного заведения, тщательно примеривался к сложному удару. Шар покатился через весь стол, краем задел восьмой, который попал в угловую лузу, и вернулся на самую середину.

Противник Фэлкона, молодой человек, точнее, парнишка — на вид Дженни дала ему не больше шестнадцати, — в футболке и темных джинсах, мрачно покачал головой, поставил кий на стойку и вытащил из кармана пачку «Мальборо». Закурив, он вернул пачку на место, открыл бумажник, прикрепленный к дырочке ремня уродливой серебряной цепочкой, швырнул несколько купюр на зеленое сукно и отошел от стола. Фэлкон сгреб деньги и, ухмыляясь, пересчитал их. Покончив с этим, он положил деньги в кожаный бумажник и направился к Дженни.

— Ну и сколько же вы вытащили из этого бедного мальчика, Эндрю?

— Бедный мальчик? — Усаживаясь рядом с Дженни, Фэлкон недовольно поморщился. — Хорошо сказано. Нет, это отнюдь не мальчик. Досье на него в полиции будет подлиннее твоих ног. Но коли хочешь знать, то пожалуйста — я выиграл восемьдесят долларов.

— Он, похоже, решил, что вы легкая добыча.

— Думаешь, я надул его? — криво усмехнулся Фэлкон.

— Не думаю, а знаю. Своими глазами видела.

— В этом районе Трентона, — пожал плечами Фэлкон, — надо держать ухо востро. Он сам предложил сыграть.

— Ну да, ему явно понравилось, как, разминаясь, вы мажете шар за шаром.

— Неплохо, верно? — Фэлкон расплылся в улыбке. — Но купился он не на это. Первую партию мы играли по двадцать долларов, и я проиграл самую малость. Вот столько. — Фэлкон слегка раздвинул большой и указательный пальцы. — Это и заставило его предложить сыграть вторую по сотне.

— Ну что ж, если вы такой классный игрок, может, поучите начинающего?

— Не стоит. — Фэлкон покачал головой и допил пиво.

— Да ладно вам. — На Дженни начинал действовать алкоголь, и ей не хотелось уходить, а Фэлкон уже вроде засобирался. — Ну пожалуйста. — Дженни соблазнительно улыбнулась и подмигнула ему.

Фэлкон недовольно поморщился и поставил стакан на стойку.

— Ну ладно, только недолго, возвращаться пора.

Они подошли к ближайшему столу, Фэлкон построил пирамиду и показал Дженни, как держать кий.