|
Поэтому он сказал слуге: — Потрудитесь передать господину Родену, что, если ему угодно пожаловать, я его жду. — Сейчас, — отвечал слуга с поклоном и вышел. В ожидании посетителя и стараясь припомнить, где он мог с ним познакомиться, господин Гарди, не желая ни минуты лишней оставаться в этом доме, начал собирать вещи. Он невольно повторял утешительные евангельские слова Габриеля, как верующие повторяют молитвы, чтобы не впасть во искушение. Через несколько минут слуга доложил: — Господин Роден. — Просите. В комнату вошел Роден, в черном халате, держа в руках старую шелковую шапочку. Слуга исчез. Начинало смеркаться. Господин Гарди пошел навстречу Родену, черты которого он не мог ещё различить. Но когда преподобный отец вступил в полосу света, идущую от окна, господин Гарди его узнал, и невольный вскрик, вызванный удивлением и горьким воспоминанием, вырвался из его груди. Победив первое движение горя и изумления, фабрикант проговорил взволнованным голосом, обращаясь к Родену: — Вы здесь… сударь? Вы были правы… упомянув, что обстоятельства, вызвавшие наше первое свидание, были очень серьезны… — Ах, — произнес Роден, — я был уверен, что вы меня не забыли! 37. МОЛИТВА Читатель помнит, конечно, что Роден отправился к господину Гарди на фабрику (хотя он ещё и не был с ним знаком), чтобы открыть ему низкую измену господина де Блессака, — ужасный удар, который только несколькими минутами предварил второе, не менее ужасное несчастье, так как господин Гарди в присутствии Родена узнал о неожиданном отъезде женщины, которую он боготворил. После предыдущих сцен станет вполне понятно, насколько мучительным было для господина Гарди внезапное появление Родена. Тем не менее благодаря целительному влиянию советов Габриеля, он постепенно овладел собою. Напряженность лица господина Гарди уступила место грустному спокойствию, и он сказал Родену: — Действительно, я никак не ожидал встретиться с вами в этом доме. — Увы, — со вздохом отвечал Роден. — Когда, желая оказать услугу честному человеку, я явился открыть вам глаза на величайшую низость вашего друга, я сам не думал, что мне придется доживать свою грустную жизнь здесь. — Действительно, вы тогда оказали мне большую услугу; боюсь, что в тот тяжелый момент я недостаточно горячо выразил вам признательность, но я тогда же… — Вы получили ещё более печальное известие, — прервал его Роден. — Я никогда не забуду появления бледной, расстроенной дамы, jnrnp`, не стесняясь моим присутствием, объявила вам, что дорогая для вас особа внезапно покинула Париж. — Да, и, не подумав поблагодарить вас, я тотчас же уехал, — с грустью сказал господин Гарди. — А ведь странные бывают совпадения… — после минутного молчания проговорил Роден. — Что вы хотите этим сказать? — Пока я сообщал вам, как вам низко изменили… я сам… я… Роден прервал себя, как будто им овладело сильное волнение; его лицо выразило угнетающую скорбь, и господин Гарди с участием спросил: — Что с вами? — Простите, — горько улыбнувшись, продолжал Роден, — благодаря христианским советам нашего ангела, аббата Габриеля, я понял наконец, что такое смирение, но иногда все-таки я очень страдаю. |
