|
Глаза глядели пристально в одну точку, а слегка нахмуренные apnbh указывали на тяжелую озабоченность. Белые исхудалые руки лежали без движения на коленях, рядом с забытой вышивкой. Бланш не сводила с сестры нежного, заботливого взора. Ее иголка была воткнута в канву, как будто Бланш ещё продолжала вышивать. — Сестра! — нежным голосом проговорила Бланш, у которой, казалось, навертывались на глаза слезы, — сестра… о чем ты думаешь? У тебя такой грустный вид! — Я думаю о золотом городе наших мечтаний! — медленно и тихо произнесла Роза. Бланш поняла горечь этих слов и, бросившись на шею сестре, залилась слезами. Бедные девушки! Золотым городом представлялся в их мечтах Париж, где их ожидало свидание с отцом… Париж — город празднеств и радостей, а над ним сияющий, улыбающийся облик отца. Но, увы! Золотой город явился для них городом слез, смерти и траура… Ужасный бич, поразивший их мать в Сибири, казалось, последовал за ними сюда, подобно мрачной, черной туче, закрывшей для них и нежную синеву неба и радостный блеск солнца. Золотой город мечты! Он был также и городом, в котором отец однажды сказал бы, представляя им претендентов на их руку, таких же добрых и очаровательных, как они сами: «Они любят вас. Их душа достойна вашей. Пусть же каждая из вас получит брата, а я — сыновей». Какое восхитительное целомудренное смущение для сирот, в сердце которых, чистом, как кристалл, не отразился ещё ничей образ, кроме небесного образа Габриеля, ангела-хранителя, как бы посланного им матерью для защиты! Можно судить, как больно отозвались в душе Бланш слова сестры: «Я думаю о золотом городе наших мечтаний». В них выражалась вся горечь и печаль их теперешнего состояния. — Как знать? — сказала Бланш, отирая слезы сестры. — Быть может, счастье придет позднее? — Увы! Если даже, несмотря на присутствие отца, мы несчастливы… то будем ли мы когда-нибудь счастливее? — Будем… когда соединимся с матерью! — сказала Бланш, взглянув на небо. — Тогда… сестра… быть может, наш сон послужит нам предвестником… как тогда в Германии?.. — Разница только в том, что тогда Габриель спустился с неба к нам, а теперь он уводит нас с собой на небо… к нашей матери… — И, может быть, этот сон сбудется, как и тот. Помнишь, нам снилось, что ангел Габриель нас защищает… и он спас нас во время кораблекрушения… — А теперь мы видели, что он ведет нас на небо… отчего же не сбыться и этому сну? — Но для этого нужно, чтобы наш Габриель также умер. Нет, этого не произойдет, будем молиться, чтобы этого не случилось… — Да этого и не будет… ведь то был ангел… а Габриель только похож на него!.. — Сестра… а какой странный сон? И опять мы его видели вместе… и три раза подряд. — Правда! Ангел Габриель склонился над нами, нежно и печально взглянул на нас и сказал: «Идите, сестры мои… идите… мать вас ждет… Бедные деточки… вы пришли так издалека… и промелькнете здесь на земле, невинные и кроткие, как две голубки, чтобы навеки успокоиться в материнском гнездышке». |
