- Нет, - произнес он глухо. - С Анной Лоттой Крамер - нехорошо...
Ким прикрыл глаза. Сестра неодобрительно покосилась на приборы.
- Пожалуй, на сегодня хватит, господа... Я должна подготовить пациента к гипнопроцедурам. Потом он заснет.
- У нас к вам будут вопросы... - предупредил ее Йонг. - Мы подождем в коридоре, пока вы закончите...
* * *
- Господин агент родился в рубашке, - констатировал профессор Лошмидт, передавая тощую папку с распечаткой отчета капитана Манцева полковнику Йонгу.
Оба они не торопясь прохаживались по коридору орбитального космического госпиталя «Химмель-4», накручивающего потихоньку свои обороты в тысяче километров над недобрыми скалами и снегами Чура. У обоих на плечи были накинуты кипенно-белые халаты, предназначенные для посетителей. Оба были сосредоточены - каждый на чем-то своем. Но Йонг счел нужным согласиться с мнением профессора.
- Там отмечено, - он постучал по папке кончиком пальца, - что обломок аэродинамического оперения - что-то около тонны металла - вошел в грунт не более чем в пяти метрах от него. На десяток метров в глубину. Там вообще все было усеяно обломками «Саратоги». Фейерверк был еще тот...
- И с тем, что с орбиты засекли радиописк его браслета, ему тоже повезло, - продолжил Лошмидт. - Но больше всего ему повезло с пулей. Точнее, с траекторией, по которой она прошла сквозь его череп...
- Это нам, профессор, повезло с той пулей... - полковник жестко сжал губы. - Если бы наш подопечный, после всего того, что он натворил там, на поверхности, погиб, как говорится, при невыясненных обстоятельствах, то это слишком уж напоминало бы попытку замести следы. Да и потеря человека, как таковая, отчетность не украшает... - Йонг подкинул на ладони папку с отчетом, но заглядывать в нее не стал. - Очень редко черепно-мозговые ранения остаются вот так - без всяких последствий. Временная потеря речи и только. Врачи обещают полное восстановление всех функций в течение двух-трех недель.
- А памяти? - несколько отрешенно спросил Лошмидт. - Насколько полно у него восстановится память вообще и в особенности - память о происшедшем? Что вам сказал его врач?
- У них только косвенные данные. Ничего путного сказать они не смогут, пока у Яснова не заработает речь. Но уже сейчас ясно, что будет наблюдаться довольно сильная ретроградная амнезия. Что-то около суток-полутора до момента ранения он вспомнить не сможет... Но есть радикальные методы, которые позволят...
- Очень жаль, что агент не может предоставить нам детальный отчет за этот период... Очень жаль... - Всем своим видом Лошмидт выражал сожаление об этом обстоятельстве. - Но, с другой стороны, с этим ему тоже повезло. Пожалуй, даже больше, чем с траекторией пули...
- Что вы имеете в виду? - недоуменно воззрился на него Йонг.
Лошмидт некоторое время со значением смотрел на своего собеседника в надежде, что тот сам дойдет до сути дела. Но полковника Бог не наделил нужной степенью догадливости. Он просто замедлил шаг и выжидающе уставился на профессора. Тот вздохнул:
- Безусловно, отчет господина Яснова дополнил бы и наш с вами отчет наверх. Точнее - украсил бы его... Но на нет, как говорится, и суда нет... Мы, слава богу, имеем прекрасную запись той своего рода исповеди Клауса Гильде, которая предшествовала его выстрелу в агента. Она, собственно, содержит в себе разгадку тайны Генетического Послания. От нас не требовалось большего. А вот некая проблема, связанная с принятием решения в отношении Яснова, снимается сама собой. |