Он резко обогнул свой тяжелый и большой, как сельский выгон, стол и тяжело опустился в кресло. Пробежал кончиками пальцев по клавишам компьютера.

    -  Одним словом, Яснов, не будем откладывать дело в долгий ящик: я приму господина Гильде сегодня же после обеда. Обычно я принимаю клиентов только с утра, но утренние часы у меня расписаны на полгода вперед. Делаю для вас исключение. Меня что-то настораживает в этой истории...

    -  Если, с согласия клиента, я попрошу вашего разрешения...

    -  Нет. - Кобольд поморщился, протягивая Киму листочек с указанным на нем временем сеанса. - Вы же неплохо себя показали на семинарах по служебной этике... Согласие клиента мало что значит. Среднестатистический гражданин плоховато себе представляет, насколько опасным может оказаться разглашение информации, связанной с тайной личности. Впрочем, не мне вам разъяснять элементарные вещи. Да я просто и не смогу нормально работать в присутствии, гм... постороннего. Извините меня за такой термин...

    -  Нет, что вы... - Ким поднялся с кресла: - Я, признаться, сглупил. Но я рассчитываю...

    Кобольд вышел из-за стола, всем своим видом подтверждая, что разговор окончен.

    -  Да, безусловно, я поделюсь с вами результатами своего анализа, - заверил он Кима. - И если сочту возможным, то и с исходным материалом. У меня вся информация сохраняется тут.

    Он осторожно коснулся корпуса модного компьютера:

    -  Я свяжусь с вами, как только выловлю из своих записей что-нибудь серьезное.

    * * *

    Что-то серьезное док Кобольд выловил очень скоро. В тот же вечер.

    Мобильник в кармане Кима разразился переливчатой трелью как раз в тот момент, когда он, перед тем как покинуть офис, менял воду в поилке Лорда Иерихонского и корм в его кормушке. На сердце было неспокойно. Слишком уж надолго затянулся сеанс психозондирования, на который он благословил Клауса Гильде. Тот обещал связаться с ним сразу по выходе из кабинета дока Кобольда. Но сейчас, судя по индикатору определителя номеров, звонил Киму явно не его странный клиент.

    -  Извини, Джерико, - виновато попросил он пернатого приятеля и с легкой тревогой спросил в трубку:

    -  Алло, это вы, док?

    -  Угадали, - мрачно ответил своим низковатым голосом Кобольд. - Вот что... Я только что закончил первичную обработку данных по зондированию... нашего клиента. Результаты очень тревожные. М-м...

    -  Это - не для телефона? - предположил Ким.

    -  Снова угадали, Яснов. Я сейчас сделал запросы и жду ответов. Лучше будет, если вы завтра будете у меня как можно раньше. Не бойтесь разбудить меня. Мне, кажется, предстоит бессонная ночь.

    -  Не знал, что доставлю вам столько хлопот.

    В голосе Кима прозвучали вина и огорчение. И они были искренними.

    -  Не стоит извиняться. Хорошо, что вы вовремя сообразили обратиться ко мне.

    Наступила короткая пауза. Потом Кобольд несколько неуверенно спросил:

    -  Послушайте, Яснов... Вам ничего не говорят слова «проект „Погружение“»?

    Ким напряг память и, подумав секунд тридцать, не кривя душой признался:

    -  Нет. Ровным счетом ничего не говорят.

    -  Ну что же... Этого следовало ожидать.

    -  Если это существенно, то я попробую навести справки.

    Там, на своем конце линии связи, доктор Кобольд испустил тяжелый вздох:

    -  Вот что, Яснов, не теряйте зря времени.