Медленно шагая с подносом, полным посудой от завтрака для Лиссы, она счастливо вздохнула. Таеган… В письме к нему она шутливо описала все события, что произошли в доме за время его отсутствия. Упомянула и о дайне Эннис. Но главное – сообщила, что малышка Лисса остаётся в их доме до своего совершеннолетия. О шторах писать не стала. Приедет – будет ему замечательный сюрприз. Но как долго ждать его! Целых полторы недели осталось! За это время она успеет написать ему ещё несколько писем. Впрочем, писать придётся много. События накатывают увеличивающимся валом!

  Агни! – негромко окликнули её с лестницы. – Ты можешь подойти к дайне Эннис?

Спохватившись, Аня сообразила, что за размышлениями о том о сём успела вымыть посуду и стоит возле лестницы, не двигаясь, словно бы в нерешительности.

  Да, Онора, сейчас приду,   ответила она и, сохраняя – сама того не подозревая – улыбку из за увиденного в воображении Таегана, поднялась на второй этаж.

Глава 17

Она думала, что вопрос Оноры именно о том, чтобы хозяйка дома вошла к своей странной гостье. Но Онора стояла в начале коридора, глядя в стену и явно не видя её, задумчивая до такой степени, что губы поджала. Заслышав шаги Ани, девушка подняла голову, и Аня забеспокоилась: не довела ли дайна Эннис Онору до обиды, узнав, кто она? Ведь поначалу показалось, тётя Оноры обрадовалась нечаянной родственнице! Но мало ли… А вдруг и успела оскорбить Онору?

Но девушка обратилась к Ане с неожиданной просьбой:

  Агни, ты лучше меня разговариваешь с людьми. Спроси, пожалуйста, у дайны Эннис, как она узнала о семейном проклятии!

Аня чуть рукой не махнула: эх, как же она сама не догадалась!

  Спрошу,   пообещала она. И тут же спохватилась: – Только, Онора, если она спросит, откуда я знаю, что она знает о проклятии, можно объяснить, что ты слышала про её ссоры с дином Хармоном?

  Да, можно,   твёрдо сказала Онора. – Я тогда не подслушивала, а просто услышала из за плохо прикрытой двери.

  Онора, а этот вопрос – любопытство? Или ты хочешь использовать какое то знание для ритуала?

  У меня смутное воспоминание, что дин Хармон не просто так что то говорил ей. Возможно, он и сам что то использовал, чтобы остаться в живых. Ведь он тоже был под проклятием. Но жил и здравствовал.

И опять Аня чуть не шлёпнула себя по лбу. Это же логично! Как она сама то раньше не сообразила, услышав о семейном проклятии! Ведь при том раскладе, который получается, дин Хармон должен был умереть ещё раньше, едва умер последний из его родителей. А он жил, работал, обзаводился семьёй! Думал о будущем, покупая мебель для дома и вещи для молодой жены!..

А Онора тем временем закончила:

  Может, дайна Эннис что то вспомнит из того разговора, что поможет мне использовать не только пентаграмму? А то и вообще обойтись без неё, но снять проклятие раньше? Всё таки отец был опытным магом в своей специализации.

  Но как это сделать? Мы снова зайдём к ней вдвоём? Я буду у неё спрашивать – ты слушать?

Девушка на этот раз замешкалась с ответом. Прикусив губу, она исподлобья посмотрела на Аню, а потом вздохнула.

  Я вроде разговариваю с ней… хорошо.