– Мне тоже пора идти. Меня ждет мама, – сказал Райан и поднялся со стула.

– Спасибо, что стал Лилли хорошим другом в Ирландии, – произнесла бабушка, благодарно сжав его руку.

– Надеюсь, я смогу быть им и здесь, – с улыбкой ответил парень, коротко мазнув по мне взглядом.

– Увидимся, – попрощалась я с намеком на улыбку.

Райан покинул оранжерею вместе с Фелиной.

– Ты, наверное, очень устала. Не хочешь немного поспать? – спросила бабушка, ласково погладив меня по волосам.

Я покачала головой:

– Нет, я тоже хотела бы поскорее вернуться к себе. Уверена, Эланор будет рада меня видеть.

– Хорошо, зелье как раз уже должно было подействовать.

Я кивнула и встала на ноги, но все равно пошатнулась.

– Осторожнее, дорогая.

Бабушка поддержала меня и помогла вновь обрести равновесие. Но как раз в тот момент, когда уже собиралась отстраниться, я поймала ее взгляд, который был прикован к моему плечу. Верхняя часть кофточки немного сползла и обнажила метку. Бабушка протянула руку и аккуратно провела указательным пальцем по выпуклой покрасневшей линии, которая некрасиво выделялась на фоне моей бледной кожи.

Я тяжело сглотнула, не осмеливаясь посмотреть на бабушку. Не хотела, чтобы она видела во мне сломленную, израненную девочку, которую нужно пожалеть. Мне не нужна жалость. Ни от кого.

– Детка, посмотри на меня, – мягко, но настойчиво сказала бабушка, положив ладонь мне на щеку.

Поколебавшись, я подняла взгляд и поискала в ее теплых глазах то, что ожидала найти. Жалость, беспокойство, упрек. Однако ничего подобного в них не отражалось.

– Лилли, я горжусь тобой. Ты стала храброй молодой женщиной. Ты выдержала пытки адской гончей, сражалась с духами и справилась со своими чувствами. Эта отметина не изъян, а доказательство того, насколько ты сильна.

К моим глазам подступили слезы.

– Спасибо, – ответила я дрогнувшим голосом.

Бабушка заправила мне за ухо прядь волос, а затем заключила в объятия. Я почувствовала привычный запах лаванды, который напомнил, что я снова дома. Мягко отстранившись, я осторожно попробовала пройти пару метров, что далось на удивление хорошо. Зелье явно творило чудеса.

– Кстати, зелье, которое я должна была для тебя сварить, лежит в моем рюкзаке.

– Спасибо, детка. Могу себе представить, как нелегко было достать ингредиенты.

Я приподняла бровь:

– Я чуть не утонула, бродила по ночному лесу, меня чуть не задушили и наградили меткой зла. Так что, пожалуйста, бабушка, скажи мне, что это за зелье.

– Не могу. Пока не могу.

У меня от изумления расширились глаза.

– В каком смысле?

Она лишь пожала плечами:

– Иногда хорошо пребывать в неведении.

– Но только не в моем случае. Я несколько раз чуть не погибла.

– Нет, даже тогда. – Ее губы изогнулись в широкой ухмылке, и я поняла, что она не собирается признаваться. – Кстати, у меня есть для тебя еще кое-что. Твоя мама просила передать это, – продолжила бабушка.

Мама. После того откровенного разговора наши с ней отношения улучшились. Последние несколько месяцев мы регулярно общались по телефону, и от этого мне еще больше хотелось узнать об этом таинственном «еще кое-что». Но, прежде чем я успела спросить, что она хочет мне показать, бабушка уже исчезла в смежной комнате. Несколько секунд спустя дверь снова открылась, и она вернулась с красивым платьем в руках. Потом бережно протянула его мне.

Я с восхищением пробежалась глазами по наряду. Пожалуй, это самое красивое платье, которое я когда-либо видела.