– Они явятся, – пообещал Альдо. – Все трое. Фалькони, его сын и родной племянник, Сполетто. Все они придут на свадьбу.

Послышался шум. Оглядевшись, он улыбнулся. Это была короткая и страшная улыбка, похожая на злобную гримасу.

– Моей дочери, Кларе, пора снова выйти замуж, – сказал он. – Они придут на свадьбу. И мы все придем, и у нас будет алиби. Я думаю, моей Кларе это понравится.

Она отошла к столику на берегу и заказала шампанское. На ней было закрытое белое платье с дерзким разрезом на боку, обнажавшим длинные ноги. Загорелые ноги без чулок были обуты в золотистые босоножки. Темные волосы зачесаны назад и заколоты на макушке, так что видна была изящная шея, которую оттеняли большие золотые серьги. В общем, непритязательно-соблазнительный вид, приобрести который можно только за большие деньги. Мужчины, глазевшие на нее, решили, что она похожа на лебедя.

Он сидел, развалившись за столиком буфета на открытом воздухе, пробуя разные блюда, болтая с дружками, и не сводил глаз с красивой, ухоженной женщины, которая в одиночестве пила шампанское и курила сигарету за сигаретой. Он был заинтригован. Это дочка дона Фабрицци. Вдова, муж которой, Фалькони, исчез. Обычно, когда он смотрел на женщин, они это чувствовали и оглядывались. Только не эта. Это тоже интриговало его и казалось вызовом. Он все меньше прислушивался к разговорам вокруг него. Все молодняк, только и похваляются своей доблестью на улице и с девчонками.

Все значительные мужчины сидели в доме с доном Альдо. А он был родственником жены одного из главарей. Он регулярно посещал их, хотя и не работал на них. Он вырос в другом, далеком районе, в Вест-Сайде, где верховодили братья Джамбино, и присоединился к ним, как только кончил школу. Он расправил широкие плечи и провел рукой по густым кудрявым волосам. Потом небрежно набросил пиджак и двинулся к женщине за столиком.

Клара увидела, как он приближается. Она замечала, как он пялится на нее; ей доставляло удовольствие не обращать на него внимания. Крупный, красивый и вульгарный, очень самоуверенный. Хихикающие парни из его компании подталкивали друг друга локтями и ждали, что произойдет. Он подошел к столику. Она дочка Дона, ну и что из того? Его методы были безотказны.

– Привет, крошка. К тебе можно присоединиться? Такой красотке негоже сидеть одной.

Клара смерила его взглядом с головы до ног. Было скучно, и она выпила больше шампанского, чем предполагала.

– Бутылка пуста, – сказала она. – Принеси новую. – Она открыла сумочку и стала смотреться в зеркальце золотой пудреницы.

Он улыбнулся.

– Принесу, если угостишь меня, крошка.

– А ты принеси и посмотри, что будет, – сказала она.

– Вот именно. – Он обернулся и щелкнул пальцами. – Тони! – позвал он, и один из юнцов послушно двинулся к нему. – Принеси даме бутылку шампанского. И стакан для меня.

Он придвинул стул и уселся напротив. Она со щелчком захлопнула сумочку и сердито посмотрела на него. Он улыбнулся. У него были прекрасные белые зубы.

– Что это ты о себе вообразил? Когда мне нужна компания, я так и говорю!

– Ты обалденно выглядишь, когда бесишься, – заметил он. – Держу пари, ты до чертиков пугаешь всех парней, которые к тебе подходят. Только я не из трусливых. Особенно когда дело касается такой хорошенькой крошки. – Он слегка наклонился к ней. Пахнуло то ли лосьоном после бритья, то ли жидкостью для волос. Пряный, вульгарный запах. Как и сам парень.

– Не называй меня крошкой, – сказала она. – Прибереги эту чушь для официанток. Почему ты не цепляешься к ним?

– Вот и шампанское, – сказал он.