– У нее… всегда были сальные волосы.

Такие вещи, конечно, не стоило рассказывать мужчине, даже полицейскому, но Натали и в самом деле была жуткой неряхой: не убиралась в комнате, не вытирала со стола, даже оставляла в ванной использованные тампоны… фу, гадость! Они жили под одной крышей совсем недолго, но несколько раз успели из‑за этого поссориться.

– Думаю, мы так или иначе не ужились бы, – добавила Сандрина.

Какое‑то время назад она дала объявление о том, что ищет соседку, чтобы разделить с ней арендную плату. Натали отозвалась, приехала посмотреть дом. Поначалу она произвела хорошее впечатление – в тот день она не выглядела запущенной, видимо, постаралась привести себя в порядок. Ей понравились сад и комната с мансардной крышей – она нашла это романтичным. Сандрина не стала говорить, что в летнюю жару мансарда превращается в пекло.

– Там никакой термоизоляции, понимаете…

Гном рассеянно смотрел на нее. Иногда его лицо становилось совершенно неподвижным, словно фарфоровым. Его мысли явно блуждали где‑то далеко.

Натали сразу же внесла задаток. И в первый раз, и потом она всегда расплачивалась наличными.

– Дело было в начале июня. Я хотела поскорее найти соседку, потому что мой друг уехал…

На лице гнома мелькает раздражение – он явно не настроен выслушивать подробности личной жизни Сандрины. Его не интересует ее дружок, который появился ниоткуда, поселился у нее, какое‑то время вешал ей лапшу на уши о великой любви, а потом внезапно свалил в неизвестном направлении, даже не предупредив. Можно подумать, что внезапные отъезды ей на роду написаны: сначала этот тип, потом вот Натали… Она подтвердила дату отъезда Натали – 14 июля.

– Она в общем‑то и прожила здесь недолго – вскоре после того, как переехала сюда, она встретила того парня, и, само собой…

– Что – само собой? – раздраженно переспросил гном.

– Ну, она собиралась жить с ним, это же естественно, нет?

– Ах вот что…

Все тот же скептический тон. Он не добавил «и всего‑то?» – но это явственно звучало в его интонациях. Сразу видно – этот тип ничего не смыслит в женщинах.

В этот момент вернулся молодой полицейский – звук сирены Сандрина услышала еще издалека. Он по‑прежнему делал все очень быстро и четко, хотя со стороны казался небрежно‑расслабленным. Такое впечатление создавалось благодаря его элегантности. Сандрина с самого начала заметила, что одежда у него самых лучших марок, а обувь, по приблизительным прикидкам, стоила вдвое больше ее месячной зарплаты. Ее сильно удивило, что полицейские, оказывается, так хорошо зарабатывают, – судя по тем, которых она видела по телевизору, ей бы такое и в голову не пришло.

Оба полицейских провели короткое совещание – Сандрине удалось расслышать только, как молодой сказал: «Никогда не видели» и «Да, он тоже туда заходил…».

– Меня здесь не было, когда она уехала, – я гостила у тети, в…

Гном пришел в еще большее раздражение от этих пояснений Сандрины. Ясно, что все идет не так, как он рассчитывал, – но ведь не по ее вине!.. Он вздохнул и слегка помахал рукой, словно отгоняя назойливую муху. Мог бы, по крайней мере, быть повежливее… Его молодой коллега дипломатично улыбнулся, словно тоже хотел сказать: не отвлекайтесь по пустякам, сосредоточьтесь… Затем показал Сандрине фотографию.

– Да, это Паскаль, – кивнула она. – Тот самый дружок Натали…

На сей раз у нее не возникло никаких сомнений. Фотография, сделанная на сельской ярмарке, была слегка размытой, но этот человек – совершенно точно Паскаль.