– Эта девушка меня очень серьезно заинтересовала, – ровным тоном сказал он. – Очень серьезно. И история с серной кислотой тоже показалась мне интересной. А вам нет?

И, словно осознав, что на последний вопрос в принципе нельзя получить утвердительного ответа, он добавил:

– Итак, я провел одно небольшое расследование. Правда, там еще надо будет уточнить ряд деталей, но главное я выяснил.

– Ну давай, не тяни кота за хвост! – слегка раздраженно потребовал Ле‑Гуэн.

После чего залпом допил еще остававшееся в кружке пиво и сделал знак гарсону повторить заказ. Арман в тот же момент скопировал этот жест: «Дайте две!»

– Тринадцатого марта прошлого года, произнес Камиль. – некоего Бернара Гаттеньо, сорока девяти лет, нашли мертвым в номере отеля «Формула‑1» недалеко от Этампа. Умер от разрушений, причиненных концентрированной серной кислотой – восьмидесятипроцентным раствором.

– О нет!.. – пробормотал Ле‑Гуэн. Он был полностью уничтожен.

– Учитывая состояние дел в семейной жизни, выдвинули гипотезу о самоубийстве.

– Можешь обойтись без подробностей.

– Нет‑нет, погоди, это забавно. Сам увидишь. Восемь месяцев спустя, двадцать восьмого ноября, убит Стефан Масиак, владелец кафе в окрестностях Реймса. Тело обнаружили утром в его же заведении. Заключение эксперта: подвергался побоям и пыткам с применением серной кислоты. В той же концентрации. Точно таким же образом залитой в горло. Из кафе похищено чуть больше двух тысяч евро.

– Думаешь, это сделала та самая девушка? – спросил Ле‑Гуэн.

– А вот скажи мне: если бы тебе пришла в голову идея покончить с собой, ты бы стал использовать серную кислоту?

– Но как, черт возьми, это связано с нашим делом? – прорычал Ле‑Гуэн, ударив кулаком по столу.

– Тихо, Жан, тихо.

Среди гробовой тишины гарсон принес пива Ле‑Гуэну и Арману и протер стол, приподнимая другие кружки.

Луи прекрасно знал, что сейчас произойдет, – при желании он мог бы заранее расписать ход разговора вплоть до отдельных реплик, потом убрать протокол в конверт, спрятать, а по завершении разговора снова достать его и сравнить детали – подобное развлечение бывает в мюзик‑холлах, когда нужно заранее угадать, что сейчас произойдет. Камиль собрался продолжать. Арман с наслаждением докурил выпрошенную у кого‑то сигарету (своих он, кажется, вообще никогда не покупал).

– Только одно, Жан…

Ле‑Гуэн закрыл глаза. Луи внутренне улыбнулся. В присутствии Ле‑Гуэна он всегда улыбался только внутренне, это было правилом. Арман выжидал. В поединке Камиля с Ле‑Гуэном он всегда готов поставить на первого, тридцать к одному.

– Вот скажи мне одну вещь, – продолжал Камиль. – Как ты думаешь, сколько лет подряд у нас не было ни единого дела об убийстве с применением серной кислоты? Я имею в виду – ни единого нераскрытого дела.

Он сделал паузу, но Ле‑Гуэн явно не расположен играть в эти игры.

– Одиннадцать лет, друг мой, – продолжал Камиль. – Само собой, время от времени встречаются шутники, которые используют серную кислоту в подобного рода делах, но всегда – только как вспомогательное средство. Для большей надежности, так сказать. Их находят, арестовывают, судят, сажают – одним словом, государство оберегает своих граждан, как и положено.