О новой лжи не может быть и речи.

 Стать одиноким — ты мне не перечи! —

 Я должен, чтобы соль в меня вошла,

 Как в рыбу, но есть к соли предобречь и

Любовь была, да только вся прошла.

 Я больше не прошу, чтоб ты пришла.

 Претит мне самый вкус небезупречи.

«Вновь лгать вдвоём? Да ты с ума сошла!»

 Способен кто к такой самоотречи?

 Надежда вся — на Старого Козла.

 СОН

Сон: в пустынной местности Ирана

 Башня без дверей стоит, без окон,

 Вход подземный вверх ведёт, что рано

 Или поздно замечаешь. Кокон

Каменный таков, что нет тарана

 На него — мощна стена! Восток, он

 Мудр, и башне не нужна охрана.

 Только ставит на смертельный кто кон

Жизнь свою, ища вход в башню эту

 Под землёй, что отдана поэту,

 На меня похожему? Он пишет

О другом поэте, тоже в башне,

 Тот — о третьем, энный же — об аж не

 Весть каком по счёту. Бог их слышит.

 НА ПОЛУЧЕНИЕ ЭНЦИКЛОПЕДИИ

1

Циклопия Брокгауза обширна.

 А буквы пропечатаны как жирно!

 Ряды многих томов и том отдельный

 Для атласов, чтоб время не транжирно,

Двойник мой, тратил ты, как мот бездельный.

 Нечего делать? Скука? Совет дельный:

 Брокгауза открой. Не дебоширно

 Напейся, алкоголик беспредельный!

Автобус зарулил уже в пакгауз

 И на сиденья грузится Брокгауз.

 «Закон распределенья вероятий

И плотность их открыл Ганс Фридрих Гаусс», —

 Читаю не без еров текст и ятей.

 Есть время уклоняться от объятий…

2

Вся набожность Германии. Все нео —

 Платоники с агностиками. Первый

 Адам и Адам Бременский. Опер вый

 Птенцов и флора острова Борнео.

И тигр, и ад. Столбцы чёрного текста

 Без опечаток с карт голубизною.

 Да. Время — лабиринт, что глубиною

 До тысяч эдак лет нисходит тех ста.

Смесь знаний, превышающая всё то,

 Что знает человек отдельно взятый.

 Ну-ка посмотрим, что про то да сё-то

 Поведал ум немецкий непредвзятый!

Бодрствований ночных и сумма бдений,

 Это глаза, своё что отслужили,

 И руки, что том снятый отложили.

 Привычки живы и без соблюдений…

Сомнительная тьма слепого это

 Да стены, что становятся длиннее

 И вдаль уходят… Слепоты темнее

 Какая тьма? Свети в ней, ум поэта!

Но есть также и новые привычки

 К привычке старой — дому. Притяженье

 Вещей, чьё на местах их положенье

 Подобно слову, взятому в кавычки.

Любовь вещей таинственна: не знают

 О нас они, да и о себе тоже.

 Ну что ж, Борхес, с печалью подытожи:

 И книги о тебе не вспоминают…

 ТОТ

О дни, преподнесённые в дар скуке,

 И годы, посвящённые безделью!

 И не живую воду я в скудель лью,

 А разливаю мёртвую в докуке.