|
И, разумеется, на четвертом шагу споткнулась и рухнула на большой плоский камень, перегородивший данную конкретную залу. — Осторожнее! — запоздало предупредил Фриолар. Бросился поднимать Далию — она шипела, как рассерженная цинская змея и почему-то вспоминала о сродстве камней с головами некоторых особо одаренных представителей гномьих сообществ. — Не ушиблась? Постанывая и изображая мученицу Далия осмотрела коленку — кажется, ткань узких штанишек, прилагавшихся к эльджаладской рубашке и накидке, выдержала. Отлично, ловим улетевшую туфлю, подбираем выпавший из рук инструментарий и идем дальше. Эй, Фри-Фри, идем, а то Напа опять куда-нибудь ускачет! — Ты только посмотри на это чудо… — потрясенно откликнулся Фриолар. Он рухнул на колени почти на то самое место, с которого только что поднялась Далия. — Ты только посмотри! Он сорвал с груди светящийся кристалл, положил его на каменную поверхность. Далия удивленно приподняла брови: ничего удивительного, что камень показался ей неровным. Он же весь, во всю длину, покрыт странными резными фигурками. — Ты знаешь, что это? — в голосе Фриолара звучало благоговение и восторг. — Это письменность Империи Гиджа-Пент! Посмотри на этот иероглиф — голова сокола, он обозначает сражение, победу, военачальника или вооруженный конфликт, в зависимости от контекста; а вот этот значок обозначает весну, перемены, начало чего-то… Как бы узнать, кому посвящена эта стела… наверняка, какой-нибудь правитель, чьи подвиги несколько столетий вдохновляли потомков! — Могу предположить с большой долей вероятности, что памятник был воздвигнут в честь царя, прославившегося тем, что обобрал каких-то незадачливых соседей до последней козы, — важно произнесла Далия. — Ты научилась читать гиджа-пентийские иероглифы? — поразился Фри-Фри. — Нет, я просто знаю людей — они не очень-то изменились за последние две тысячи лет, — философски покачала головой Далия. — Эй! Эй, где вы, почему меня не догоняете?! — гномка, раздраженная тем, что люди не явились по первому ее зову, прибежала обратно. — Где вы застряли? — Мы нашли величайшее сокровище гиджа-пентийской письменности! — торжественно похвастался Фриолар. — А если конкретно — Царя Скифов и перечень выкупа, который он получил, — уточнила Далия. — Так что мы, хоть и путешествуем под землей, все-таки точно следуем указаниям Симона Пункера. Мне только не дают покоя Серебряные Пески… Может быть, где-то рядом должен находиться еще один серебряный рудник? Только, в отличие от предыдущих, действующий? — Нет, — замогильным голосом возразила Напа. — Никакого серебра не будет. — Тогда, может быть, останемся здесь, попробуем расшифровать содержание надписи? — с тайной надеждой спросил Фриолар. Далия же потребовала объяснить, чем вызваны убежденность, а главное — печаль, с которой гномка говорит об отсутствии серебряных песков. — Пойдемте, покажу, — позвала их Напа. Протиснувшись за энергичной Кордсдейл по узкому ходу с низким потолком, алхимики оказались в большой пещере. В отличие от множества других подземных пустот, по которым путешественники прогулялись начиная с полуночи, у этого помещения имелся выход наружу — наверху, на высоте двух тролльих шагов, виднелось небольшое отверстие, через которое проглядывал кусочек светлого неба. — Вот, — мрачно показала Напа. — Что — "вот"? — не поняла Далия. — Я вижу большое пустое помещение… Пустое — если не считать разбросанных по полу костей, песка, камней, какой-то лампы… ой, испачкалась… Вполне сохранная лампа, даже масло за две тысячи лет до конца не высохло. |
