|
— Да как она посмела! — вспылила Любомарта. — Да я ей… мамо! Вы догнали эту хлобыстню гномковую? Ответа не последовало, но краса из Нижней Исподвысковочки в том и не нуждалась. — Кусайте их, мамо! Хватайте и кусайте! До меня додержите, я их в рог-то скручу! Будут знать, как мужиков отбивать! — и, засучив рукава, она поспешила сразиться за будущий семейный очаг. Глядя на решительно ковыляющую прочь Любомарту, Карвинтий захихикал. Наконец-то! Наконец-то у него есть время подробно изучить свою добычу, буквально упавшую в его руки с неба! Оставшись в одиночестве, Карвинтий нетерпеливо достал кошель, развязал тесемки и заглянул внутрь. Как и тогда, ночью, ему подмигнули чистые, прозрачные, как разноцветные льдинки, драгоценные кристаллы. Мелкие, не слишком ценные — но его, его собственные! Алхимик с восторгом схватил драгоценности и принялся рассматривать их на в лучах медленно поднимающегося светила, буквально тая от восторга перед загадочным блеском волшебных камней. Потоки солнечных лучей постепенно завоевывали Пустыню, пожирая остатки ночной тени, безжалостно выжигая любую живую плоть, попавшуюся на их пути. А мэтр Карвинтий, сидящий в небольшой, наполовину засыпанной песком ложбинке между остроконечными валунами, потерял счет времени, забыл, зачем и ради чего остался наедине с Пустыней, рассматривая то одну драгоценную песчинку, то другую. В видениях алхимик был богаче королей, да что там! Богаче, чем пелаверинский Золотой Герцог! По мановению его руки склонялись рыцари и тащили на костры упирающихся, молящих о пощаде некромантов! Он, Великий Мэтр Карвинтий, с важным видом поучал ректора талеринского Университета и с позором выгонял мэтрессу Далию — не слишком далеко, ведь ему нравилось, как она просит милостыню у порога Библиотеки в своих пестрых лохмотьях… День продолжался. Где-то далеко король Гудеран с видом оскорбленной добродетели принимал извинения тестя и вялые, сумбурные уверения мэтра Фледеграна, что "самовольные отлучки принцесс больше не повторятся никогда в жизни"; в замке Фюрдаст принцесса Ангелика и генерал Громдевур сбежали от слуг и придворных, чтобы поохотится на горных коз(43); в Вертано принц Роскар наслаждался завтраком в обществе замечательной девушки, которая на самом деле звалась Джоя, но почему-то попросила именовать ее Кассандрой-Аурелией; в шести лигах от деревеньки Диль-Румайя мэтресса Вайли предвкушала разговор с мэтром Мориарти, в трех лигах от Ильсияра в доме мэтра Вига… хотя не важно. Важно, что мэтр Карвинтий так и сидел, не замечая соленых капель пота, стекающих ему за шиворот, не замечая, как слепит и обжигает поднявшееся в зенит солнце, не замечая самой Пустыни — и полностью растворившись в прекрасном и загадочном мерцании драгоценных граней. — Эй, ты! — окликнул кто-то алхимика. Зажав сокровище в кулачке, алхимик резко обернулся, намереваясь отстаивать свое имущество до последней капли крови. За его спиной попирали серый песок двое. Один — громила совершенно убойного вида, хмурился и держал в поводу пару оседланных коней. Второй — росточком поменьше, жилистый, какой-то неприятно-сальный, придерживал за ошейник породистую борзую. — Эй, ты тут, часом, женщину не видел? — спросил жилистый. — О боги, не думал я, что буду задавать этот вопрос какому-то лысоватому типу, застрявшему посреди Пустыни… Карвинтий мигом спрятал сокровище под одежду и замотал головой. — Ну, фигуристая такая краля, — объяснил Хрумп, подходя ближе. Борзая жадно потянулась к новому человеку, обнюхала Карвинтия и недовольно чихнула. — Росту чуть выше среднего, косы темные — она их еще в узел на затылке подворачивает, болтливая, любит поважничать, зовется Далией — не встречал, не? Рядом с ней еще гномка бегает. |
