Припомнив ужасающий бег скорра, я невольно содрогнулась – согласиться сесть на него верхом я вряд ли когда-нибудь решусь. В прошлый-то раз едва пришла в себя. Он и высокий, и сильный, и летит быстрее ветра. Деревья мелькают с такой быстротой, что начинает мутить, а в груди сердце застывает кровавой сосулькой. Того и гляди свалишься. Встречный воздух настойчиво пытается разжать твои пальцы, режет глаза, уцепиться не за что, ноги постоянно соскальзывают с гладкого бока… бр-р-р!

Ширра, заметив, как вытянулось мое лицо, недовольно дернул хвостом. Кажется, мысль о том, чтобы перенести меня поближе к горам, уже приходила ему в голову.

– Ни за что, – твердо сказала, поставив жирную точку в этом вопросе. И, как ни странно, больше никто не пытался меня переубедить.

Ночевать нам пришлось почти в центре болота, однако ни в эту ночь, ни на следующий день нежить нас так и не потревожила.

Заслуга ли это Ширры, или же нам попросту повезло, не знаю, однако к исходу вторых суток нам удалось пересечь смердящие топи без потерь и выйти к самой окраине Кровавой пустоши, о которой в нашем мире ходило так много нехороших слухов.

Пожалуй, в первый раз у нас не было возможности переночевать на деревьях. Главным образом за счет того, что таковых поблизости просто не нашлось. В первый раз я оказалась в такой близости у заветных гор и впервые же, стоя на краю огромной, некогда превращенной в кладбище равнины, почувствовала себя неуверенно.

Правда, смутило, похоже, это только меня одну.

Патрульные, едва командир дал отмашку, невозмутимо принялись обустраивать временный лагерь. Рес, по обыкновению, занялся костром, но на этот раз развел огонь не на земле, а в глубокой яме, чтобы ни один проблеск света не привлек к нам чужое внимание. Эльфы, обойдя облюбованную нами поляну, что-то там сделали, поколдовали вокруг одного из кустов, после чего тот заметно преобразился и превратился в некое подобие шалаша. Крот и Кеол все это время внимательно следили за окрестностями, не снимая руки с рукоятей мечей и держа перед собой заряженные серебряными болтами арбалеты. Ширра оббежал окрестности, повсюду оставляя свой запах, и куда-то ненадолго умчался. Тогда как я…

В какой-то момент ко мне вдруг пришло ощущение, что я в этом месте лишняя. Что меня не должно быть тут, в окружении деловито суетящихся смертных и пары склонных к самоубийству эльфов, которые мне, в общем-то, ничем не обязаны.

Потеряно застыв на краю равнины, я беспомощно оглянулась на Рума, только сейчас отчетливо сознавая, что случайно втянула в свои проблемы целую уйму народу, которому это, в общем-то, совершенно ни к чему. Тот же Ширра вполне мог добраться домой и без моей компании. Эльфы опять же, Лех и его побратимы… по сути, им не должно быть до меня никакого дела. Однако они все еще рядом. Заботятся. Переживают. Оберегают, хотя в принципе могли бы этого и не делать.

Почему?

– Все в порядке? – тихо спросил Беллри, закончив с шалашом и подойдя ко мне почти вплотную.

Я мельком оглянулась: шалаш получился совсем небольшим и явно был рассчитан на одного человека. Как думаете, долго ли я соображала, для кого они его делали?

И это было неправильно. Необъяснимо. Ненормально, я бы сказала, даже несмотря на преклонение остроухих перед Ширрой.

– Трис? – не дождавшись ответа, переспросил Беллри. – Что-то не так?

«Да все не так!» – захотелось крикнуть ему в ответ, но вместо этого я лишь внимательно посмотрела на стоящего рядом эльфа.

Странно: в его взгляде не было ни малейших сомнения или колебаний. Только тревога и беспокойство. За меня. И ни мига сомнений относительно того, что они сегодня сделали.

«Как же так вышло, что сейчас ты стоишь передо мной и ждешь ответа? – молча задала я мучивший меня вопрос.