- Спасибо.

Все же сначала Пластов решил заглянуть к дворнику. Спустившись в подвал, долго стучал в покрытую застарелой коричневой краской дверь. Створка дернулась, выглянуло небритое опухшее лицо. Волосы падают на лоб, мутные глаза бессмысленно дергаются. Потянуло перегаром…

- Вы дворник?

- Барин, извини… Горе у меня… - Дворник всхлипнул. - За что, главное? Всю голову вдрызг… Ведь собака, она как человек… А, барин? Разве ж можно? Она ж чувствует… А ей всю голову вдрызг… А, барин? - Дворник прислонился лбом к стене, засморкался, закашлялся. - Извини уж, барин… Нету теперь Шарика… Нет… Нет сторожа нашего…

- Когда убили твою собаку?

- Шарика-то?.. - Дворник не понимал, что кто-то может всерьез этим интересоваться. - Да вот уж четвертый день, барин. В субботу его гробанули. На воскресенье, в ночь… Пойду, барин, извини. - Дворник исчез, створка за ним захлопнулась.

Поднявшись в восьмую квартиру, Пластов с облегчением убедился, что здесь есть звонок. Дверь открыли сразу; стоявшая за ней женщина средних лет была одета чисто и аккуратно. Вообще чувствовалось, в этой квартире живут с достатком.

- Ермиловы здесь живут?

- Я Ермилова… А зачем вам?

- Мне хотелось бы поговорить с самим Ермиловым. Ведь он, кажется, сторожем работал?

- Сторожем, а вам-то что?

- Так он сейчас дома?

- Нет его, в отъезде.

- Где в отъезде?

Вы что, из полиции, что спрашиваете?

- Нет, не из полиции.

- Нуко-ся, идите знаете куда?.. Наузнавались, хватит…

Дверь захлопнулась. Пластов снова нажал кнопку. Звонил он до тех пор, пока в дверях не показалась та же женщина. Ему показалось, что теперь ее лицо было заплаканным.

- Простите, я адвокат. Может быть, я могу вам как-то помочь?

Женщина покачала головой:

- Не нужно нам ничем помогать, господин хороший. Обойдемся. Муж мой в отъезде, уехал на заработки. Если что нужно сказать - говорите… Но вообще-то я полы мою.

Она смотрела с вызовом, и Пластов понял: что-то еще вытянуть из нее сейчас не удастся.

6

Как понял Пластов, дверь в кварт иру ему от крыл сам хозяин. Еще не зная, зачем пришел гость, этот человек чуть прищурил светло-голубые глаза и приветливо улыбнулся. Он был выше среднего роста, худощав, с открытым лицом, вьющейся русой бородой, без пиджака, но с аккуратно повязанным и заправленным под жилет галстуком. Выглядел он чуть старше Пластова. Адвокат поклонился:

- Если вы Василий Васильевич Субботин, я к вам.

- Да, я Субботин. Простите, не имею чести знать.

- Меня зовут Арсений Дмитриевич Пластов, присяжный поверенный.

Пластов протянул было руку к карману, чтобы достать визитную карточку, но Субботин остановил его:

- Прошу вас, проходите. - Пропустил Пластова, подождал, пока тот снимет шляпу, показал на открытую дверь: - Правда, я не один, у меня гость, но это мой близкий друг. Думаю, вряд ли он нам помешает. Вы не против?

Пластов вошел в кабинет: навстречу мягко поднялся молодой человек с темными усами, бородкой клинышком и каштановыми, рано начавшими редеть волосами. Прямой нос, по-особому оттопыренная верхняя губа, взгляд темно-карих глаз кажется спокойным, по Пластов подумал: за этим спокойствием может скрываться как сильная воля, так и, наоборот, что-то болезненное. Субботин широко отвел руку:

- Знакомьтесь. Мой друг и прекрасный инженер Валентин Петрович Вологдин. Валентин Петрович, это Арсений Дмитриевич Пластов, адвокат. Садитесь, Арсений Дмитриевич. Сразу же поясню: вашим визитом я не удивлен. Мне звонил Николай Николаевич, он предупредил, что вы можете зайти.