Мы миновали площадку, вышли за казарму. Там нас уже ждал Костарев со своими дружками. Артем стоял там же.

Это кольнуло, хотя и было ожидаемо. Я сдержал эмоции, а вот Володька нет, произнес:

— Новую компанию себе нашел?

— А если и так, что с того? — дерзко ответил Костарев, не дав Артему даже открыть рта.

Володька зло улыбнулся.

— Видимо право голоса еще не заслужил, Артем? Отвечать самому пока не разрешают?

Настала очередь злиться парню. Щеки Артема заполыхали, а сам он стиснул кулаки, готовый ринуться в драку. Хотя тягаться с Володькой ему было бессмысленно — проиграл бы в первые же секунды боя. Обстановка быстро накалилась.

— Успокойся, — сказал Костарев Артему.

Это же самое я шепнул и Володьке.

На некоторое время возникла неловкая пауза. Мы с Володькой разглядывали собравшихся, примериваясь силами (выходило, что будет туго, если затеется мордобой). Противник делал то же самое и был явно доволен получившимся раскладом сил.

Я первым нарушил молчание.

— Ты хотел поставить какие-то точки? Что ж, я тут. Выслушаю тебя.

— А кто сказал, что я хочу с тобой говорить? — процедил Костарев, демонстративно хрустнув костяшками пальцев.

— Не говори, — пожал я плечами. — Тогда мы пошли.

— Стоять! Я не отпускал тебя.

— А ты моя мамочка, чтобы разрешения у тебя спрашивать?

Это задело Костарева, на его шее начали перекатываться желваки, а лицо покрылось красными пятнами. Но он не сорвался. Хищно улыбнувшись, парень сказал:

— Ты оскорбил меня. Я хочу защитить свою честь.

— Оскорбил? И когда же? Не тогда ли, когда ты со своими дружками первый нагрубил мне и хотел отметелить — одного против пятерых? Это тогда я тебя оскорбил, набив тебе рожу? Или нужно было терпеливо молчать, давая возможность тебе и твоим шавкам избить меня? Роман, не пытайся сделать из меня дурак. Цель — истинную цель, — этой сходки я уже знаю. И тебе не подловить меня. Можешь так и передать Кайрату Айдыновичу, что его план не удался. Ты даже с этим не справился.

Я попал точно в цель. Щеки Костарева вспыхнули, а сам он принялся беззвучно открывать и закрывать рот, словно выброшенная на берег рыба, пытаясь подобрать нужные слова и ругательства. И только когда первая волна эмоций сошла, он удушливо прошипел:

— Подонок!

И кинулся с кулаками на меня.

Это можно было засчитать как поражение противника и уходить. Но только сначала нужно было увернуться от выпада. Просто шаг в сторону, чтобы отстраниться. Ничего сложного.

Но опередил Володька. Его рывок был стремительным и мощным — парень действовал наверняка. Уклоняться не собирался. Атакуют — атакуй в ответ. Это просто правило сыграло в голове у Володьки сейчас, затмив голос разума.

Широким крюком левой руки он всек Костареву прямо в челюсть. Короткий звук — шляк-х! — стеганул по ушам. Хороший удар, боксерский. Таким обычно отправляют в нокаут.

Вот и сейчас Костарев, явно не ожидавший атаки со стороны, отлетел и растянулся на траве.

И вновь принялся открывать и закрывать рот, таращась на Володьку.

— Какого… — прошипел я, зыркнув на друга.