То ли подействовал лед, то ли успокоительное, но Нарцисса несколько раз глубоко, прерывисто вздохнула, прекратила рыдать и огляделась по сторонам.

— Драко, — срывающимся голосом произнесла она, заметив сидящего на полу сына и протянув к нему руки. — Драко…

— Нет, только не сначала! — рассвирепела Вивьен. — Хватит! Кому сказала, хватит сцен, Нарцисса, иначе я тебе сейчас вот эту вазу с розами на голову надену! Заодно и умоешься, и украсишься!

Та сглотнула, но умолкла, снова принялась гладить руку мужа.

— А я-то думал, ты удалась в отца… — пробормотал Драко. Управиться таким незамысловатым образом с его матерью, урожденной Блэк, было под силу далеко не каждому.

— На самом деле я серединка на половинку, — усмехнулась Кэтрин и подула ему в лицо. — Всё? Успокоился?

— Вроде… Извини, просто… — Он покачал головой.

— Не извиняйся.

Кэтрин прекрасно поняла, что хотел сказать Драко: он боялся никогда уже не увидеть отца живым и не за решеткой, а когда увидел, натянутые до предела нервы просто не выдержали.

— Надо было двоих других тоже сюда прихватить, — ворчала Вивьен, наводя порядок. — Устроили бы походно-полевой госпиталь…

— Мам, так их, наверно, уже зельями отпаивают, это ты у меня такая продвинутая, а там все по старинке, — усмехнулась Кэтрин. — Да и на троих у тебя бы рук не хватило!

— Да, я не Шива, далеко не Шива, о дщерь моя, — ответила та. — Так, рыдать все прекратили? Отлично!

— Ты учти, это твоя будущая теща, — шепнула Кэтрин, и Драко невольно фыркнул.

— Я все слышу, — сказала Вивьен через плечо. — Кстати, мы с твоей будущей свекровью очень миленько уживаемся вместе. Главное, не позволять ей начинать выть по любому поводу, тогда все в порядке.

— Я вообще-то тоже здесь, — подала голос Нарцисса, слегка гнусавя после долгого плача. — И я тебе, кажется, уже говорила, что обсуждать присутствующих в третьем лице неприлично!

— А, ну раз ты заговорила о приличиях, значит, твоя жизнь вне опасности, — фыркнула та и наклонилась над Малфоем-старшим. — Давайте, Люциус, приходите в себя! Мужчина вы или кто?

— Они даже не представлены… — пробормотал Драко.

— Нашелся ревнитель приличий! Мало ли, что не представлены! Твоя матушка мне столько о нем порассказала, что, кажется, я его всю жизнь знаю… Кэтрин, дай нашатырь!

— Держи, мам.

По комнате поплыл резкий аммиачный запах. Дрожащий в углу домовик чихнул и испуганно пригнулся, но на него не обратили внимания.

Люциус вздрогнул, открыл глаза и дернулся, явно от испуга. Потом различил знакомые лица и снова обмяк в кресле.

У Нарциссы задрожали губы.

— Если сейчас хоть кто-нибудь заплачет, я за себя не ручаюсь, — весомо произнесла Вивьен. — Дайте человеку в себя прийти! Люциус, вы как себя чувствуете?

— Чудовищно, — еле выговорил тот. — Настолько плохо мне не было даже после выпускного бала…

— Шутит, значит, вполне жив, — заключила Аддерли-старшая. — Люциус, вы вырубились как раз посредине увлекательнейшего рассказа о том, как вас ловили, ловили и в итоге изловили. Что дальше-то? И чего нам ожидать? Может, пора собирать манатки и драпать отсюда?

— Мама заговорила по-уличному… — вздохнула Аддерли-младшая.