Нет, с девчонкой обо всем этом неинтересно говорить!

— А ну, давай искать голенище! — поднимаясь, решительно приказал он Клаше, и сестренка покорно пошла за ним в кладовую.

Голенище понадобилось Феде, чтобы сшить планшетку. Вот только где достать целлулоид для вставки?

Когда Федя уезжал на каникулы, Боканов сказал отделению: «Возвратитесь — мы в лагерях проведем военную игру „Захват десанта“». Но ведь к этому надо летом подготовиться: раздобыть термос, у папы есть зеленый такой. Потом в записную книжку сделать выписки: как, например, только с помощью спичечной коробки измерить ширину реки… Дело-то серьезное! Вот штаб здесь будет свой. Можно ли на Гаркушу положиться? Да и Зворыкин сумеет ли разработать оперативный план? Уж больно недружны они. Заспорят, налетят друг на друга: «Я тебя как вдарю — по чертежам не соберут!» — говорит Зворыкин. «А ну, вдарь, вдарь! А я как дам — десять лет лечиться будешь!» — не уступает Гаркуша.

— Ну и народ!

Помощники явно нуждались в воспитании.

Через несколько дней Федя проштрафился: пошел на рыбную ловлю, увлекся и опоздал домой. Все сидели за столом и заканчивали обед.

Феде было очень неловко за свой поступок — не сдержал слова! Поставив удочки в угол, он вымыл руки и угрюмо сказал отцу:

— Ты меня накажи — в кино не пусти.

— А что ж ты думаешь, конечно, не пойдешь, — спокойно заверил отец, хотя Федя надеялся, что последует иной ответ.

— Ну как твоя подготовка к походу? — поинтересовался отец, когда Федя сел обедать.

— Кадры слабые, — нахмурился Федя, имея в виду Зворыкина и Гаркушу.

— Гм… — неопределенно произнес отец, а немного позже спросил: — Читал в газетах — молодежь мира в Будапеште собирается?

— Не читал…

— А напрасно!

— В училище у нас политинформации, — начал было Федя.

— Да успеет еще, — умоляюще сказала тетя Саша, — ты ешь, ешь!

— Через два года комсомольцем станешь, — напомнил отец, и Федя решил, что действительно газеты надо читать и на каникулах.

В это время в дверь постучал почтальон. Он передал письмо тете Саше, Федя успел заметить на конверте обратный адрес — Суворовское училище. «Странно. От кого бы это?»

Тетя Саша вскрыла конверт и пробежала письмо глазами.

— Это воспитатель о Феде пишет, — сказала она брату, — спрашивает, как он поживает, как отдыхает?

— Майор Боканов? — встрепенулся Федя. — Вспомнил!

— Ну как же не вспоминать? — промолвил отец. — Пойди-ка погуляй!

Когда Федя вышел, Александра Семеновна прочитала письмо вслух:

«Уважаемый Константин Семенович!

Очень прошу вас к концу каникул написать мне, как проводил Федя время, с кем дружил, помогал ли дома? Какие вы заметили в нем новые черты характера, появившиеся за этот год, и что, по вашему мнению, мы недоделали? Ваше письмо может оказать нам очень большую помощь в работе.

Крепко жму руку, поклон Александре Семеновне.

С. Боканов.»

— Надо будет подробно ответить, — решил Константин Семенович, — и об отрицательных сторонах тоже…

— Да какие же у него отрицательные стороны? — не согласилась Александра Семеновна.