– Ты слышал, что я сказала? – Она решительно оттолкнула его.

– Амариллис, что случилось? – Лукас недоуменно мигнул, сбитый с толку произошедшей в ней переменой. Он осознал, что она отвергала его.

– Отпусти меня.

– Успокойся, Амариллис, я совсем не имел в виду, что занялся с тобой любовью только из за того, что произошло в этот вечер. Послушай же меня, Амариллис. – Лукас понял, что совершил серьезную ошибку.

– Пусти.

– Выслушай меня, извини, если я тебя обидел. – Он неохотно поднялся на локте, освобождая ее.

– Нет, извиняться следует мне, – решительно возразила она. – Не знаю, что это на меня нашло.

– За что ты собираешься извиняться?

– Я здесь в качестве сотрудника фирмы. – Она отодвинулась на край постели, спустила ноги и встала. – А вы – клиент.

– Только клиент? – Лукас подпер голову рукой и наблюдал за ней.

– Мой долг как профессионала придерживаться норм «Кодекса этики». Мне не следовало разрешать вам целовать меня. Это не вписывается ни в какие рамки. Вы же клиент, в конце концов.

– Вообще говоря, я больше ощущаю себя мужчиной, чем только клиентом вашей фирмы.

– Это моя обязанность рассматривать вас как клиента, ни больше ни меньше. Очевидно, что во время фокусирования вам пришлось ощутить неприятные побочные явления.

– Я бы не стал называть их неприятными, а необычными и неожиданными.

– Как опытному концентратору, мне следовало учесть, что сеанс фокусирования прошел с отклонениями от нормы. – Амариллис закрыла лицо руками. – Не могу поверить, что я позволила вам перенести меня сюда и… и… – Она бессильно уронила руки. – Я вела себя в высшей степени неосмотрительно.

– Наверное, непросто постоянно придерживаться норм профессиональной этики.

– До сегодняшнего вечера я не находила в этом ничего сложного.

– Попробую найти себе в этом какое то утешение.

Лукас глубоко вздохнул и сел на край постели. Амариллис заторопилась к двери и там на минуту задержалась. Лукасу стало ясно, что она размышляет, стоит ли зажигать свет. Она склонилась в пользу отрицательного решения.

– Пожалуйста, поторопитесь. – Амариллис сложила руки под грудью. – Уже очень поздно. Завтра мне надо рано быть в агентстве.

– Да, конечно. – Вид ее отблескивающих золотом волос заставил его острее почувствовать неудовлетворенное желание. – Вы собирались переслать мне счет.

– Лукас!

– Ухожу, уже ухожу.

Со стоической решимостью он прошел в прихожую. Его пиджак лежал на полу, куда он его бросил незадолго до этого. Лукас подцепил его небрежным жестом и перекинул через плечо.

– Лукас, я снова прощу извинить меня за непрофессиональное поведение, сомнительное с точки зрения этики. Не могу понять, как я могла оказаться такой безответственной.

Это уже переходило все границы. Трент резко повернулся у самой двери, ладонью закрыл ей рот и проговорил, заглядывая в огромные зеленые глаза:

– Если еще раз услышу извинения за отсутствие профессионализма, я за себя не ручаюсь, ясно?

Глаза Амариллис раскрылись еще шире. Она поспешно кивнула.

– Доброй ночи, мисс Ларк. – Лукас отнял руку от ее рта и открыл дверь. – Ложитесь в кровать и спите со своим «Кодексом профессиональной этики». Что касается меня, то я пойду домой и приму холодный душ.

Трент вышел в ночь и нарочито аккуратно прикрыл за собой дверь. На площадке он остановился и с удовольствием вдохнул освежающую прохладу, затем спустился по ступеням и пошел к своей машине. По телу разлилась тяжесть. В душе он ощущал какую то смутную тревогу.