Пита начало трясти. Дельсол мигом догадался, что он боится.

— Мы должны сделать вид, что ничего не было, Педро. Ты сам должен сделать вид, что никогда особенно не верил в успех подразделения. Никому из нас не следует переходить дорогу людям, которые намного сильнее нас.

Бойд воспринял это спокойно. Хотя Пит орал так, что телефонная будка едва не задымилась.

— Мы все еще можем обстряпать сделку с казино. Мы можем отправить на Кубу твоих ребят — пусть шлепнут Кастро и устроят гребаный хаос. Может, все еще разрулится и Санто одобрит нашу сделку. А может, и не разрулится. В самом крайнем случае, мы можем попросту пристрелить Фиделя Кастро, и все.

Бойд ответил:

— Нет. Нашей сделке — конец, и с подразделением покончено; а просто так наобум послать мою команду — означает просто угробить ее за здорово живешь.

Пит снес дверь с петель…

— Что значит НЕТ?

— Что значит, что мы должны возместить свои убытки. Иными словами, заработать немного денег прежде, чем Бобби стуканут о мафии и ЦРУ.

Дверь будки с громким стуком свалилась на тротуар. Прохожие обходили ее. Один маленький мальчик на нее наступил; стекло треснуло и разломилось напополам.

— Героин?

Голос Бойда был спокоен:

— Там двести фунтов, Пит. Пять лет полежит, а потом мы толкнем его в Европе. Ты, я и Нестор. Каждый из нас заработает по крайней мере три миллиона долларов.

У Пита закружилась голова. Еще бы: пережить внутри землетрясение силой девять целых девять десятых балла. Благо, что внутри.

Вставка: документ.

25.0462.

Расшифровка записи с микрофона, установленного в спальне номера в отеле «Карлайл». Расшифровал: Фред Турентайн. Копии записи/расшифровки: П. Бондюрану, У. Литтелу.

БЯ позвонила на пост прослушивания в 15.08. Она сообщила, что в 17.00 встречается с объектом за ужином. Ей были даны инструкции: дважды открыть и закрыть дверь, чтобы активировать микрофон. Начало записи: в 17.23; условные обозначения: БЯ — Барби Ягелка, ДжФК — Джон Фитцджеральд Кеннеди.

17.24–17.33 — сексуальная активность (см. запись. Голоса четко различимы. Качество звука высокое).

17.34–17–41 — разговор.

ДжФК: Черт, спина.

БЯ: Помочь?

ДжФК: Нет, все нормально.

БЯ: Перестань смотреть на часы. Мы только закончили.

ДжФК (смеясь): Да, пора в самом деле завести тут настенные часы.

БЯ: А заодно и поменять шеф-повара. Сэндвич был отвратный.

ДжФК: Да уж. Индейка была суховата, а бекон водянистый.

БЯ: Ты сегодня рассеян, Джек.

ДжФК: Умная девочка.

БЯ: Что, бремя власти?

ДжФК: Нет, просто братец мой тут… Вышел на тропу войны: все ему не то, и мои друзья, и мои женщины.

БЯ: Например?

ДжФК: Ну, оказалось, что Фрэнк Синатра знаком с парой гангстеров, так что Фрэнку пришлось указать на дверь. Женщины, с которыми меня знакомит Питер, — трипперные шлюхи, а ты слишком утонченная и уверенная в себе, чтобы быть просто клубной певичкой, — так что ты под подозрением в первую очередь.

БЯ (смеясь): И что? Скоро за мной будут следить агенты ФБР?

ДжФК (смеясь): Вряд ли. Бобби и Гувер терпеть друг дружку не могут, а уж когда дело касается столь деликатного вопроса, и подавно. Бобби загружен работой, вот и злится, а Гувер — просто нацист и педик и ненавидит всех натуралов. Бобби возглавляет Минюст, преследует гангстеров и вдобавок занимается разработкой моей кубинской политики. Он по уши погряз в общении с психопатами и уголовниками, а Гувер намеренно ставит ему палки в колеса всяческими бюрократическими препонами.