— Так, может, это слюна одной из двух, уже вычисленных нами?

— Нет. Сейчас редко встретишь среди молодых женщин, чтоб не курили. Однако ж по микрочастицам, что были изъяты из подногтевого содержимого убитых женщин, можно уверенно утверждать: они не курили. Как и одна из убийц. Значит?

— Значит, их было трое? — дожевав наконец кусок белого хлеба спросил Ванечка Семенов.

— Выходит, трое, — задумчиво проговорил Мищенко. И тут же рубанул рукой по столику так, что стаканы, уже расставшиеся с остатками густой деревенской сметаны, даже подпрыгнули. — Будем объявлять розыск. Готовьте поручение Петруничеву.

— Петруничев уже в курсе. Но официальное поручение я, конечно же, подготовлю.

— У тебя память хорошая? — вдруг спросил Мищенко.

— А в связи с чем вопрос? — удивился Деркач.

— Помните ориентировку в ночь убийства Люды Багучевой?

По нашему поручению милиция тогда закрыла город. Было выяснено, что на поезд Киев — Москва в 23.06, стоянка две минуты, сели старик, санитарный врач Раиса Сметанина и три монашенки...

— Три монашенки, — как завороженный прошептал Ваня Семенов.

— Итить твою перекись, извините за слово «перекись», так ведь это...

— Срочно свяжитесь с Петруничевым, проверьте, не были ли три монашенки с такими описаниями в Свято-Даниловском монастыре, не останавливались, не появлялись ли вблизи квартиры Авдеева, вблизи мест совершения убийств. И не только трех монашенок ищите, просто трех девушек, трех молодых женщин. А монашеские рясы, конечно же, камуфляж. В момент убийства Багучевой и Селивановой, в момент посещения квартиры Авдеева они были скорее всего в цивильном платье.

— Надо бы в область сообщить, — нерешительно заметил Деркач.

— Область я беру на себя, будем готовить ориентировки и для федерального розыска. Три монашенки. Это следок. Это, я вам, скажу, банда.

28 МАРТА. ФИНАНСОВЫЙ ГЕНИЙ

ПО КЛИЧКЕ МАДАМ

Когда утром Мадам разбудила референта, он выглядел совсем здоровеньким. Врач-европеец, приглашенный из французского посольства и знавший как традиционную, так и вьетнамскую нетрадиционную медицину, обследовав пальцы рук и ног референта, не нашел сколько-нибудь значительных повреждений. На месте ампутированных подушечек пальцев была молодая розовая кожица. Зажило как на ребенке. Или как на собаке. Врач посмотрел на несколько напряженное лицо Мадам, обещавшей за визит пятьсот долларов, и выбрал первый вариант успокаивающей докторской шутки:

— Зажило как на ребенке. Сколько времени прошло после травмы? Месяц?

Мадам не стала его разочаровывать, сообщая, что после страшной пытки прошла всего ночь. На минуту даже мелькнула мысль, а не поспешила ли она с наказанием похитителей? В конце концов, травмы физические зажили, а душевные заживут. Что же касается бизнеса, то внедрение южноамериканских сырых алмазов в партии якутских на пути в Амстердам — это не такая уж плохая идея. Тут прослеживаются перспективные нити. Но дело в том, что Мадам давно привыкла к реализации собственных идей, а не навязанных ей со стороны.

Так было, когда она стала собирать деньги у населения на покупку отечественных машин со скидкой и в рассрочку. Идею ей подал очень высокий государственный чиновник, обещавший режим наибольшего благоприятствования и в Нижнем Новгороде, и в Москве. Но где он, этот чиновник? Получил свое и теперь руководит каким-то сраным федеральным фондом. А идея уже как бы и ей принадлежит.

Так было и тогда, когда она стала продавать квартиры в новых домах по всей России в рассрочку. Тоже идея пришла сверху. И тоже за нее было, как говорится, «уплочено». А теперь она, идея эта, уже ей, Мадам, принадлежит. И делиться пирогом она ни с кем не намерена.