Жирный суп и несколько бутылок баварского сделали свое дело.

— Где здесь туалет? — конфузясь, референт спросил Настю.

Лавируя между столиками, запутавшись в бамбуковой занавеске, отделявшей зал ресторана от подсобных помещений, скрылся в чреве «Тунь лайшунь».

Минут через пятнадцать забеспокоилась Мадам. Через двадцать это беспокойство разделила и Настя. Она спросила старого, сморщенного, как прошлогоднее яблоко, китайца, торопливо и строго что-то налопотав ему по-китайски, а для пущей наглядности еще и по-английски. Китаец ушел и через минуту вернулся с непроницаемым лицом.

— Белого человека в туалетной комнате нет. Совсем нет. Его нигде нет.

БРОШЬ КНЯЖНЫ ВАСИЛЬЧИКОВОЙ.

КРОВЬ НА КАМНЕ

Штурмбаннфюрер СС Гюнтер Райман быстро, задержав дыхание, опрокинул рюмку шнапса. С отвращением передернул продолговатым лошадиным лицом, мысленно выругался:

«Доннер-ветер! Ну, и шнапс... Все синтетическое: бензин, сахар, кофе. Теперь вот еще и шнапс. Из каких только опилок его делали?»

Впрочем, куда больше штурмбаннфюрера СС интересовал другой вопрос, и вопрос этот, по сравнению с качеством шнапса, можно было бы считать глобальным: «Куда идет фатерланд?»

По мнению бригаденфюрера Шелленберга, еще не все потеряно, Германия еще возродится из пепла, как птица Феникс.

Райман придерживался более пессимистического прогноза. И потому полагал, что если сам не позаботится о своем будущем, то будущей процветающей Германии может и не быть. Германию ведь строят люди. И прежде всего такие дальновидные, толковые, как он сам.

Значит, выживет он, выживет и рейх; возродится его сила, богатство, влияние.

— Так. И только так! — хлопнул Райман донышком стопки по каменному столу, чуть не порезав руку. Рюмка разлетелась вдребезги.

Затем, нацепив пенсне, попытался вчитаться в текст приказа, подписанного рейхсминистром:

«Приказ о подготовке обороны Берлина.

Оборонительный район Берлина. Берлин—Груневальд

Оперативный отдел № 400/45 9.3.1945.

Секретно».

Райман пробежал глазами текст приказа, задержав взгляд на пункте «д»:

«Народная война в тылу противника. Решающее значение приобретает борьба в тылу противника. При этом задача состоит в том, чтобы использовать все средства военной хитрости и коварства и нанести противнику максимальный вред и урон. Не вступая в открытую борьбу, необходимо прежде всего в ночное время нападать из засады на железнодорожные эшелоны, на отдельных связных, на автомашины, атаковать слабо охраняемые склады, участки железной дороги, командные пункты, проводить диверсионные акты против линий связи противника.

Комендант Берлина, рейхсминистр доктор Й.Геббельс».

Гюнтер намазал на кусочек серого хлеба немного искусственного зельца, с отвращением понюхал. Впрочем, бутерброд не пах ничем. Как и кофе из обжаренных желудей и ячменя, так что шнапс с омерзительным запахом сивухи надо было чем-то заесть. Бр-р! Отвратительный аромат войны...

Райман встал, пошатываясь, прошел на кухню. Эту квартирку в Груневальде он получил недавно и еще не вполне привык к этому дому, хозяев которого расстреляли за участие в заговоре против фюрера. Дом таил сюрпризы. Чаще приятные. Время от времени находил он какие-нибудь заначки бывшей экономной хозяйки: то баночку маринованных огурчиков в погребе, заставленную пустыми банками, то связку сухих грибов в чулане. Вот сейчас в самый бы раз отыскать симпатичную домашнюю закусь. Кажется, все уголки потаенные обшарил.

Он приставил к огромному буфету тяжелый старинный стул с витой резной спинкой, тяжело взгромоздился на него, не боясь порвать или запачкать шелковую обивку.