Loading...
Изменить размер шрифта - +

Он забыл надеть шапку, и длинные белокурые, не причесанные, а лишь наскоро приглаженные пятерней волосы ниспадали на воротник парки. Темно-зеленые глаза щурились, ослепленные снегом.

Пока шины свистели по заснеженному асфальту, он взглянул на одометр, отметил, что до поворота к дому осталось четверть мили, и снова принялся глядеть на дорогу. Именно тогда он увидел встречную машину, явно потерявшую управление и идущую прямо на него.

Гейб даже не успел выругаться. Он резко повернул руль вправо, в то время как встречная машина, казалось, пыталась справиться с заносом.

Джип плавно пронесся по снегу, засыпавшему обочину, опасно повернулся и резко затормозил. Гейб пережил несколько неприятных мгновений, думая, что сейчас перевернется, как черепаха. Затем ему ничего не оставалось, как только сидеть, смотреть и надеяться, что другому водителю повезет так же.

Встречная машина преградила ему путь.

Прошло всего несколько секунд, но Гейб успел подумать, каким сильным был бы удар, если бы эта машина врезалась в него. Наконец водителю удалось выровнять машину. Когда между ними оставался только фут, она резко затормозила, развернулась во избежание столкновения и беспомощно заскользила к ограждению.

Гейб включил запасные тормоза и вылетел из джипа, когда машина налетела на металл.

Он бы упал лицом, но ботинки удержали его, пока он несся по дороге. Прогремел удар… еще удар… правая сторона капота выпятилась вперед, а складной верх над пассажирским сиденьем сжался, как меха аккордеона. Гейб поморщился, представив себе, что произошло бы, если бы автомобиль ударился об ограждение стороной водителя.

Пробиваясь сквозь снег, он сумел подобраться к покалеченной машине. Перед его взором предстала фигура, скорчившаяся над рулем, и он дернул дверцу. Она не открылась. У него душа ушла в пятки. Он принялся стучать в окно.

Фигура пошевелилась — это была женщина с густой копной светло-пшеничных волос, рассыпавшихся по плечам темного пальто.

Он увидел, как она подняла голову и сняла лыжную шапочку. Потом повернулась к окну и уставилась на него.

Женщина была белой как мрамор. Даже губы у нее побелели.

Радужные оболочки больших темных глаз почти почернели от шока. И она была красива, потрясающе, головокружительно красива! Глазом художника он отметил намек на ромбовидное лицо, выдающиеся скулы, полную нижнюю губу. Но он отбросил эти мысли и снова застучал по стеклу.

Она заморгала и замотала головой, словно пытаясь немного встряхнуться. Когда состояние шока прошло, он увидел ясные голубые глаза, полные тревоги. Она быстрым движением опустила стекло.

— Вы ранены? — спросила она прежде, чем он успел что-либо сказать. — Я вас ударила?

— Нет, вы врезались в ограждение.

— Слава богу! — Она на минутку откинулась на сиденье. Губы у нее были сухими, как пыль. А сердце, хотя она уже овладела собой, бешено колотилось. — Я начала скользить, спускаясь с горки. Я думала… я надеялась… что мне, может быть, удастся как-то справиться с ситуацией. А потом увидела вас и поняла, что столкновения не избежать.

— Так и было бы, если бы вы не свернули к ограждению. — Он снова глянул на перед ее машины. Ущерб мог быть и хуже, значительно хуже, если бы она ехала хоть немного быстрее… Впрочем, что толку размышлять? Он снова повернулся к ней и принялся искать на ее лице следы контузии.

— Вы в порядке?

— Да. Думаю, да. — Она снова открыла глаза и попыталась улыбнуться ему. — Простите! Я, наверное, вас не на шутку напугала?

— По меньшей мере. — Но страх уже прошел. — Какого черта вы здесь делаете?

Подавляя желание выругаться, она отстегнула ремень безопасности, сделала несколько долгих, глубоких вдохов и успокоилась.

Быстрый переход