– Когда поеду в город телеграфировать отцу о бумагах для развода? – робко и невинно спросила Мел.

Но невинной она не была, и он не мог позволить себе забыть это.

– Да. – Он первым отвел взгляд. – Когда поедешь телеграфировать своему отцу.

ГЛАВА 39

Сидя на своих измученных лошадях, двое мужчин осматривали задворки фермерского дома. Уже в течение нескольких дней они временами следили за этим домом из густых зарослей вечнозеленых деревьев.

Смеркалось. Солнце село, и небо закрыли серые облака. Но было достаточно светло, чтобы увидеть, как из двери кухни вышла женщина с ведром и направилась к колодцу. Подняв голову, она всматривалась в даль.

– Чего она высматривает? Второй пожал плечами:

– Может быть, высматривает индейца.

Мердо хлопнул приятеля по руке:

– Черт возьми, Чарли. Мы же видели, как этот метис уехал отсюда два дня назад.

Чарли прищурился, стараясь разглядеть лицо женщины:

– Уверен, что это она?

– Конечно, уверен. Этот болтун в Силвер-Валли уверял, что она вдова. Мел Максвелл. Смотри, какие волосы. А эти штаны! Да говорю тебе, как есть она. – Порой Мердо надоедало постоянно объяснять что-то Чарли, но его приятель отличался преданностью. Ему не приходилось беспокоиться, что когда-нибудь Чарли пальнет ему в спину.

– Где Фаллон, как думаешь? – спросил Чарли.

– Где-нибудь тратит наши денежки, – прорычал Мердо. – Может быть, женщина знает, где он.

– А если она не знает?

Мердо улыбнулся:

– Думаю, лучше бы ей это знать, а не то мы придумаем другой способ получить деньги за все наши мытарства.

Чарли никогда бы не отважился сказать это вслух, но именно Мердо виноват в том, что они так и не получили свою часть выкупа. В ту ночь, когда эта женщина пригрозила, что за ней приедет ее муж, Мердо вдруг срочно понадобилось навестить свою маленькую черноволосую подружку в Сан-Антонио. Они добирались туда почти три дня, а потом Мердо провел целую неделю, пьянствуя и развлекаясь в постели с маленькой брюнеткой. Когда они вернулись в Парадайс, Фаллон уже давно его покинул, по слухам, выстрелив в грудь ее мужу.

– Ты уверен, что этот индеец здесь больше не появится? – Чарли боялся индейцев. Он боялся, что его будут мучить и снимут скальп. Иногда он видел это в кошмарных снах, но никогда бы не признался в своих страхах ни одной живой душе. Даже Мердо.

– Его здесь нет. Кругом никого не видно. Чарли покачал головой, а Мердо направил лошадь к дому. Он не оглянулся удостовериться, что Чарли едет за ним. Чарли всегда следовал по пятам, и Мердо это устраивало. Он чувствовал свою власть. Прикажи он Чарли пешком дойти отсюда до Техаса, и этот осел дошел бы.

Мел старательно занималась ужином. Казалось бы, какая разница, понравится Гейбриелу ее стряпня или нет, но разница была. Ее упрямый муж уходил из дома на рассвете и возвращался после наступления темноты, осмотрев купленную недвижимость, починив забор и Бог знает что еще сделав. В плите пеклось печенье, булькало жаркое. Пахло оно вполне съедобно. Наконец она научилась пользоваться приправами в меру. На блюде остывал фруктовый пирог.

Дверь кухни распахнулась, и она оглянулась, ожидая увидеть Гейбриела.

Мел застыла, не веря своим глазам. Двое, Мердо и Чарли, работавшие на Эдварда, стояли в ее кухне. Мердо зловеще улыбался и, пользуясь ее оцепенением, схватил и заломил ей руки за спину. Боль заставила ее прийти в себя.

– Что ты здесь, черт возьми, делаешь, сукин сын? Оглянувшись назад, Мердо кивнул на Чарли.

– Говорил тебе, это она. – Он придвинулся к уху Мел.