– Я и в детстве недолюбливал сказки о привидениях, – презрительно ответил Телтхорст. – И еще меньше люблю их теперь, когда стал взрослым. Мы отправляемся к Ангелмассе и берем вас с собой, чтобы показать, как мы обращаемся с людьми, изменившими Паксу. Это послужит вам уроком. – Он повернулся к охранникам у двери. – Сопроводите Верховного Сенатора Форсайта и его помощника на мостик.

– Я хотел бы попросить об одном одолжении, коммодор, – сказал Форсайт, глядя на Ллеши и медленно поднимаясь из-за стола. – Когда мы с Роньоном оказались в районе Ангелмассы, он испытал тяжелое потрясение. Думаю, он каким-то образом ощутил ее близость. Нет никакой необходимости вновь подвергать его этому испытанию. Прошу вас позволить Роньону и моему пилоту покинуть корабль.

– Ни в коем случае, – твердо заявил Телтхорст. Часовые подошли к Форсайту и встали за его спиной. – Вы останетесь на «Комитаджи» до тех пор, пока не подпишете договор о капитуляции.

Форсайт продолжал смотреть на Ллеши.

– Коммодор?..

Ллеши с нарочитой медлительностью поднялся, переводя взгляд с одного охранника на другого. Судя по всему, Телтхорст уже считал себя командиром корабля.

Настала пора развенчать его иллюзии.

– Проводите Верховного Сенатора и его помощника к челноку, – распорядился он. – Они покинут корабль, прежде чем мы отправимся.

Телтхорст рывком развернулся к нему; у него отвалилась челюсть.

– Что…

– Надеюсь, мы сможем возобновить переговоры после нашего возвращения, Сенатор, – сказал Ллеши.

Форсайт коротко кивнул:

– Разумеется, коммодор. Благодарю вас.

Ллеши кивнул в ответ.

– Лейтенант, выполняйте приказ.

– Слушаюсь, сэр, – отозвался старший из охранников, отдавая честь. – Нам сюда, Верховный Сенатор.

Они вчетвером обогнули стол, направляясь к выходу. Лицо Форсайта помрачнело, но Роньон казался лишь слегка встревоженным и сбитым с толку.

– Вы совершили глупость, коммодор, – ледяным тоном произнес Телтхорст, как только за ними закрылась дверь. – Преступную глупость. Кто же отпускает высокопоставленного деятеля противника, который оказался в ваших руках?

Ллеши поднял глаза на спрятанный динамик:

– Сколько времени осталось до прибытия к ускорителю?

– Семь минут, сэр, – ответил голос Кэмпбелла.

– Полагаю, вы уже анализируете орбиту Ангелмассы.

– Да, сэр, но определенный вывод сделать невозможно, – сказал офицер. – Нам не хватает данных, чтобы подтвердить либо опровергнуть утверждение Форсайта, будто бы она меняет орбиту и скорость. Даже если он прав, эти изменения не слишком быстры.

– Значит, мы можем приблизиться к ней, ничего не опасаясь?

– Да, сэр, – заверил его Кэмпбелл. – Мы окажемся за пределами зоны радиационной угрозы.

– Отлично, – сказал Ллеши. – В таком случае вводите «Комитаджи» в фокус ускорителя. Я уже поднимаюсь на мостик. – Он посмотрел на Телтхорста. – Что же касается захвата представителей противника, господин Адъютор, – негромко добавил он, – то на борту «Комитаджи» находятся солдаты, а не террористы. Мы не берем заложников.

– Вы будете жалеть об этом до конца своей жизни, – прошипел Телтхорст.

– Да, – пробормотал Ллеши, отворачиваясь от него и шагая к выходу.