– Ага. – Язон пожал плечами. – Великолепно. Непредвзятость – отличная штука, но не забывайте, что разум, открытый всем ветрам, быстро засоряется.

– Конечно, – согласился Коста. – Но мне трудно поверить, что одна-единственная субатомная частица способна оказывать этическое воздействие, которое, как полагают, присуще ангелам.

– Нас всех занимает этот вопрос. – Джази кивнул. – Именно поэтому Аккха — теория доктора Кахенло – выглядит столь привлекательной. В ее рамки укладываются имеющиеся данные, ее предсказания надежны и точны, и она исходит из того, что ангел – это сама частица. – Он наставил на Косту палец. – Запомните мои слова: через три года – максимум четыре – физики начнут выяснять, каким образом теория Кахенло согласуется с Единой теорией Рейнольдса.

– Да, это очень интересная задача, – согласился Коста чуть покровительственным тоном. Ученые Пакса столько раз переиначивали и перекраивали Великую Единую теорию, что уже не называли ее именем Рейнольдса. – Вы советуете мне подождать до тех пор, пока не выяснится, до какой степени верна Аккха!

Язон улыбнулся.

– Нет, конечно. Отныне вы принадлежите к нашей компании. – Его улыбка исчезла, на лицо набежала легкая тень. – Неужели вы до сих пор не слышали о теории Кахенло? Это удивительно, ведь вы… – он повел рукой вокруг, и было непонятно, имеет ли он в виду комнату либо весь Институт, – ведь вы приехали сюда !

Коста пожал плечами, лихорадочно размышляя.

– Я уже сказал, что хотел бы сохранить непредвзятость, – заговорил он, импровизируя на ходу. – В любом случае я не сомневаюсь, что добрая половина теорий, о которых я читал на Бальморале, были выброшены в корзину еще до того, как я оказался здесь.

– Тут мне нечего возразить, – уступил Язон. – Если речь идет о Бальморале…

– Очень остроумно, – проворчал Коста, вспомнив о своей новой роли.

Джази улыбнулся:

– Простите. Снобизм бывает трудно преодолеть. – Он перестал улыбаться и посерьезнел. – Дело в том, что ангелы никак не могут быть всего лишь субатомной частицей; при таких массе и заряде они неминуемо распались бы. Именно поэтому Аккха работает так хорошо. В соответствии с ней ангелы являются квантами – основными строительными кирпичиками, как электроны и фотоны. А кванты стабильны по определению. Понимаете?

– Я кое-как разбираюсь в квантовой теории, – сказал Коста, возможно, излишне сухо. – Бальморал не настолько погряз в невежестве. Но если ангелы – кванты, то кванты чего ?

Во взгляде Язона отразилось напряжение.

– Это кванты той сущности, которую люди называют добром, – ответил он.

– Вы шутите? – услышал он собственный голос. – Это шутка, которой у вас принято встречать новичков.

Язон покачал головой.

– Это не шутка, дружище. – Он указал на дисплей Косты. – Можете убедиться сами, если хотите. Работ по теории Кахенло великое множество.

Коста все еще не мог собраться с мыслями.

– Это безумие, – сказал он Язону. – Кванты добра и зла?

– Почему бы и нет?

– Почему? – Коста крепко стиснул зубы. – Да потому, что добро и зло не существуют сами по себе – они являются результатом поступков людей.

Язон вытянул руки ладонями кверху.

– Свет есть результат слияния молекул водорода в центре звезды, – сказал он.