— Но… — начал было Бертиль, но замолчал, так как они уже подошли к двери дома. — Эй! — крикнул он. — Мы из полиции!

Из дверей показался светловолосый мужчина. Паула решила, что это, должно быть, Мортен Старк. В лодке она вытянула из отчима подробности дела.

— Мы были в спальне. Решили, что там безопаснее всего… — объяснил хозяин дома.

Он повернулся к лестнице, где стояли две женщины. При виде одной из них Паула удивилась:

— Анна? Что ты тут делаешь?

— Я делала замеры для интерьера, — ответила бледная, но сосредоточенная сестра Эрики.

— Никто не ранен? — строго спросил Мелльберг.

— Слава богу, нет, — ответила Анна. Остальные кивнули.

— После того как вы позвонили в полицию, больше ничего не произошло, — уточнила Паула, оглядываясь по сторонам. Даже если стрелявший и сбежал, расслабляться не стоило. Надо было следить за малейшим шумом.

— Мы ничего не слышали. Хотите посмотреть, куда попали пули? — спросила Анна, явно взявшая на себя командование.

Мортен с Эббой молчали. Муж обнимал жену, а она стояла, скрестив руки на груди. Взгляд у нее был отсутствующий.

— Конечно, — сказал Бертиль.

— Это в кухне, — Анна остановилась на пороге и показала. — Стреляли вон через то окно.

Паула оглядела комнату. Весь пол был усыпан осколками от разбитого стекла.

— Кто-то был внутри, когда раздались выстрелы? И вы уверены, что их было много? — засыпала ее вопросами полицейская.

— Эбба была в кухне, — сказала Анна, легонько толкая фру Старк в бок. Та медленно подняла голову и оглядела кухню так, словно видела ее впервые.

— Я слышала только хлопок, — произнесла она. — Очень громкий. Я не поняла, что это. А потом еще один хлопок.

— Два выстрела, — констатировал Мелльберг, входя внутрь.

Паула пожалела, что с ними нет Патрика. Он бы помешал начальнику портить улики.

— Ничего страшного, — догадался Бертиль о ее мыслях. — Я был на стольких местах преступления, сколько тебе не удастся посетить за всю твою карьеру, и прекрасно знаю, что можно, а что нельзя.

Под его ступней треснул осколок стекла. Паула сделала глубокий вдох.

— Я считаю, что мы должны подождать Турбьёрна с криминалистами, нельзя ничего тут трогать, — заявила она.

Но Мелльберг проигнорировал ее слова. Он подошел прямо к задней стене кухни, куда попали пули.

— А вот и отверстия. У вас есть пластиковые пакеты?

— В третьем ящике сверху, — отозвалась Эбба.

Полицейский выдвинул ящик и достал пару пакетов. Надев резиновые перчатки, висевшие на кране, он вернулся к стене.

— Посмотрим. Она засела неглубоко, так что достать будет легко. Облегчим работу Турбьёрну… — сказал он, выковыривая из стены обе пули.

— Но надо сделать фотографии… — возразила Паула.

Мелльберг сделал вид, что не слышит. Вместо этого он с довольным видом положил пакет с нулями в карман шорт, снял перчатки и бросил их в мойку.

Нужно думать об отпечатках пальцев, — сказал он, нахмурившись, — это важное доказательство. После стольких лет в полиции это сидит у меня в подкорке.

Его падчерица так сильно закусила губу, что во рту у нее появился привкус крови. «Поторопись, Хедстрём!» — молила она про себя. Но никто не слышал ее мольбы, и шеф продолжал топтать место преступления.