Но теперь Макарова не дрейфовала внутрь умозрительных складок, а пыталась понять, откуда у неё на кухне взялся таракан. И, конечно же, в первую очередь подумала о соседях.

За одной стеной у неё жила арфистка Полежаева, за другой – актриса драматического театра. Сплошная богема. Обе были ухоженными, аккуратными дамами, а, главное, судя по фигуре, ели мало. И, скорее всего, жили в одиночестве.

Впрочем, тут Макарова ничего конкретно сказать не могла, так как если к актрисе испытывала симпатию и даже время от времени разговаривала возле подъезда, то с арфисткой Полежаевой, с утра до ночи терзавшей бедный инструмент, она только сухо здоровалась, встретившись в подъезде.

Других соседней она не знала. Хотя был ещё один сосед, которого

Макарова постоянно слышала. Но не видела, ибо принадлежал он уже, скорее всего, соседнему подъезду. Спальни их, видимо, находились рядом или же одна под одной.

Вечерами Макарова частенько слышала методичное поскрипывание его панцирной кровати: значит, к соседу снова пришла его женщина.

4.

Макаровой очень хотелось узнать, как любвеобильный сосед выглядит.

Облик его зависел от настроения. Иногда он выглядел, как лысеющий

ИТР с печальными, ввалившимися глазами; порой, как усатый грузин с испепеляющим страстью взглядом. А то – дико похотливым карликом из будочки "Срочный ремонт часов".

Один раз Макарова даже чуть было не отправилась на него поглядеть, придумав поймать соседа возле почтовых ящиков. Услышала хлопнувшую за стеной дверь и побежала надевать шаль, да раздумала.

Ну, хорошо, допустим, они действительно встретятся, и что она тогда ему скажет? Про звуки за стеной? Ведь вопрос получается очень интимный и непростой.

– А я слышу, как вы там у себя с вашей женщиной любовью занимаетесь… – Так, что ли?!

Ну и посмотрит он на неё, как на дурочку из переулочка. И что дальше?! А того хуже, буркнет, типа:

– Ну и слушай дальше… – И вперед, по ступенькам вниз, заре навстречу.

Или с ходу интим предложит: у такого-то мужика не заржавеет.

Неспокойная я, успокойте меня… Дело в том, что после того, как муж попал под колесо, у Макаровой возникли некоторые трудности. По женской линии. В общем, понятно какие.

Раньше-то всё это у них с супругом происходило часто, каждый день практически, вот организм и привык к определенному ритму. Ему же, организму, не объяснишь причины отсутствия любви да ласки, а ему возьми, вынь да положь сколько-то оргазмов в неделю.

Компьютер давно загрузился, а Макарова сидела, уставившись в одну точку, жевала губами воздух. Монитор смотрел на неё, не мигая, требуя проявления активной жизненной позиции.

5.

Вздохнув, Макарова пошла на кухню, оттягивая момент встречи с прекрасным. Дело в том, что вот уже несколько недель Макарова следила за увлекательной сетевой игрой, активно разбухающей вширь и вглубь на одном из интернетовских сайтов.

На кухне Макарова придирчиво осмотрела углы, в которых обычно скапливается отрицательная энергия, залезла во все щели возле плиты и раковины, и даже в импровизированный шкафчик под подоконником заглянула. Тараканов, слава богу, нигде не было. Их мелких, пакостных следов – тоже. Макарова ещё раз вздохнула, на этот раз более радостно. Открыла форточку.

Можно и покурить. Как если нынешнее отсутствие насекомых – её,

Макаровой, заслуга. А почему нет?! Разве не она убивается тут, наводя стерильный практически порядок?! Один светлый линолеум на полу отмыть чего стоит. А посмотрите, в каком порядке у неё раковина и плита, хоть в рекламном ролике показывай.