– Ты выглядишь… цветущей.

– Я в порядке, пап.

– Ты нормально… кушала и все такое?

– Да, папочка. Все хорошо. И не волнуйся из-за того, что ты рассказал мне про Гарва.

– Так это была его двоюродная сестра?

– Нет. Но не волнуйся, все равно ничего страшного. И я собираюсь домой. Я уверена, что вы с ног падаете, так что я приду к вам завтра.

Они так шумно начали протестовать, что стало ясно – говорить этого не стоило.

– Но в Ирландии уже полночь, – возразила я. – Как же ваши биологические часы?

– Самое лучшее в этом случае – постараться не спать, а потом лечь в нормальное время, – заметила мама со знанием дела. Я взглянула на нее с удивлением. Когда это она стала такой опытной путешественницей? – Так сказала Нуала Фримэн.

– Ну, раз так сказала Нуала Фримэн, то это наверняка правда, – печально отозвалась Элен. Я не могла с ней не согласится. Кажется, эта Наула ужасная зануда.

– И нам нужно поужинать, – напомнила мама. – Как можно ложиться спать, не поужинав.

Да, мои родители живут по графику.

– Уже поздно идти в Диснейленд? – спросил папа.

– Уже полпятого, дуралей, – прошипела Элен.

– Но я слышала, что они работают до полуночи, – вставила мама. – От Нуалы Фримэн.

Пока Элен не мобилизовала окружающих на расправу с Нуалой Фримэн, я быстро сообщила, что до Диснейленда два часа езды, и лучше поехать туда в другой день. Я предложила им распаковать вещи, потом посидеть какое-то время у бассейна, а затем сходить и поужинать пораньше.

– А вы? – спросила я Анну и Элен. Разумеется, им захочется потусоваться где-нибудь, напиться и поискать себе красавчиков-серфингистов. Но они решили пойти с родителями. Кушать хотелось, а папа угощает.

– А Эмили? – спросила мама. – Я пообещала ее матери, что навещу ее и удостоверюсь, что она нормально питается и следит за собой.

– Эмили очень занята, – сказала я, но мамин взгляд не сулил ничего хорошего.

– Ладно, – сдалась я. – Но мне стоит вернуть ей машину, вдруг она понадобится. И скажу, что мы все зайдем попозже.

– И сразу же вернешься?

– Да.

Я пулей понеслась домой и сообщила замученной Эмили, что мои зайдут к ней выпить по стаканчику перед ужином. Затем я вернулась в «Океанский вид». После чего мы пару часов провели за интереснейшим занятием – распаковывали вещи и ссорились.

В шесть часов мы прошли шесть кварталов от отеля до дома Эмили. Дело было в Санта-Монике, где иногда можно увидеть человека, передвигающегося из точки А в точку Б пешком. Но зрелище сразу пяти пешеходов вызвало почти тот же переполох, какой, должно быть, вызвали доисторические обезьяны, обитавшие на деревьях, когда они слезли на землю и решили попробовать ходить. Машины замедляли ход. Водители пялились на нас, словно у всех нас по две головы.

– Что это с ними? – спросила мама, когда нам просигналил очередной автомобиль. – Элен, что ты делаешь?

– Ничего!

Она рявкнула это отнюдь не невинным тоном, и я успокоилась. Вот когда она изображает невинного агнца, тогда по-настоящему нужно беспокоиться.

Мы дошли до улицы, на которой жила Эмили, и Элен заметила магазин, торгующий системами видеонаблюдения. Она заставила нас зайти, и задала продавцу тысячу вопросов о назначении этой техники.