— Всего лишь отражение, — поклонился мужчина, снимая фарфоровую маску. Но под ней не было страшных ожогов, лишь чистая ровная кожа.

— Я вытащила его из иного мира, — с грустью проговорила Оракул. — Лучшего из миров, что я видела в бесконечных отражениях зеркал. Мой настоящий сын погиб от рук Небожителей.

— Плевать, — взял себя в руки Огард. — И что ты мне сделаешь, старуха? Я пережил целые миры, переживу и тебя. Думаешь, молокосос с костяным ножиком меня остановит?

— Не знаю, Огард. Честно, не знаю, ведь отражения не показывают будущее. Но кое-кто в него верит. Много кто на самом деле. Эзо, — старушка обернулась ко мне. — Ты станешь катализатором. Призови тех, кто готов пойти за тобой. Они станут твоей опорой в этой битве. Не дай Огарду и Зигфриду убить друг друга, никто из них не должен возвыситься. Убей их сам.

— Ты свихнулась, — рассмеялся Огард. — Посмотри на него и на меня. Что ты несешь? Ты запуталась в отражениях и потеряла связь с реальностью.

Признаюсь, прямо сейчас я скорее был согласен с Огардом. Кажется, бабуля забыла выпить таблетки, раз думает, что я тут на что-то могу повлиять.

— Ты прав, Огард. Я давно потеряла связь с реальностью. Зачем она мне? Все это время я любовалась отражением, — она с теплотой посмотрела на улыбающегося Альфаира. — И сегодня я пришла показать тебе его.

— Нет, — лицо Огарда исказилось. — Это невозможно.

— В Зазеркалье все возможно, если готов заплатить цену, — Оракул подняла длань и я увидел, как сиреневые камни начинают лопаться один за другим, а следом и сама длань пошла трещинами. — Смотри, Огард. Я покажу тебе отражение лучшей версии этого мира. Это мир, в котором никогда не было тебя!

Огард взревел, поднимая руку. Рубины на его длани вспыхнули, активируя отпечаток, но что-то не позволяло ему навестись на цель. Словно сама реальность сковала дракона.

— Не подведи, мальчик, — произнесла Оракул, обращаясь ко мне. Я увидел, как все ее лицо пошло трещинами, словно поверхность стекла. — Я действительно поставила на тебя все.

— Удачи, господин Эзо, — поклонился Альфаир. — Во славу Грохочущего Дома.

— Теперь можешь убить меня, — усмехнулась Оракул, посмотрев на Огарда.

В этот момент длань Небожителя вспыхнула и из нее вырвался поток пламени, что мгновенно смел Оракула, Альфаира и автомобиль. В пшеничном поле осталась широкая прогалина, выжженная до земли.

Только с моего ракурса было заметно, что тело Оракула и так начало трескаться и распадаться, словно кто-то бросил камень в зеркало. Не знаю, что за отпечаток она использовала, но заплатила она за него не только дланью и всеми камнями. Она расплатилась своей жизнью. Действительно, старушка поставила на кон все, что у нее было.

Но Огард на этом не остановился. Он повел руку в сторону, пытаясь прикончить одним ударом еще и меня. Прогалина на поле стала шире, но я уже шагнул в тень. И даже тут почувствовал жар драконьего пламени. Вот она, мощь сильнейшего призывателя, его огонь влияет даже на иные планы бытия.

Но я уже со всех ног несся обратно к своим. Вывалившись из тени, почувствовал действие аур и благословений, что накинул на всех Искар и другие призыватели.

— Что происходит? — первым спросил Пепел.

— Эзо, — услышал я испуганный голос Гамбо. — Сиил.

Я обернулся на крик и увидел странную картину. Девушка сидела на земле, а все ее тело словно расплывалось, раскалывалось на осколки и пыталось собраться воедино. Гамбо был рядом, обнимая Сиил, словно пытался удержать ее тело на месте.

— Чужое… — прошептала она. — Зазеркалье. Давит.

— Уходи отсюда, — крикнул я.

Через мгновение девушка просто исчезла.