— Это правда, Милон.

— А Магдалена находилась на этом острове.

— Откуда ты знаешь?

— Магдалена жила у Жозефины, которая приютила ее у себя.

— У твоей невесты?

— Да, друг мой. И маленький Нарцисс был там с Магдаленой.

— Дальше… дальше рассказывай, Милон!

— У бедняжки только и было, что ее дитя.

— Она очень любила своего ребенка и сейчас все печалится о нем. Я думаю, что она будет только тогда счастлива, когда к ней вернется ее дорогой Нарцисс.

— Да, друг мой! — сказал Милон, уже едва сдерживаясь. — На Ночлежном острове тогда был укротитель зверей.

— Откуда ты это знаешь?

— От Жозефины и от других. Этот укротитель украл у Магдалены ее дитя и увез с собой в Бове.

— В Бове? — вскричал маркиз, задыхаясь от волнения. — Дальше…

— Несчастная мать в отчаянии ушла с Ночлежного острова искать свое дитя. Она напала на след укротителя зверей и нашла его.

— В Бове?

— Да, когда гостиница, в которой тогда обитал укротитель с мальчиком, была вся в огне!

— Господи! Так Нарцисс, которого мы спасли в Бове…

— Ваш сын: твой и страдалицы Магдалены!

— Милон, скажи… Пожалей меня… Правда ли все это?

— Да, ведь ты сам видишь, что я рассказал тебе все подробности.

— Да, да. Вое это доказывает то, что ты не ошибаешься. Нарцисс — мой сын!

— В этом больше не может быть сомнения. Жозефина подтвердила это.

— Но где Нарцисс?

— Он вчера приехал в Париж.

— Ты видел его? Говорил с ним?

— Да, мой друг!

— Он знает?

— Ему неизвестно еще. Он сам старался разыскать укротителя зверей, который рассказал, где жила его мать. На Ночлежном острове Нарцисс услышал о Жозефине. Когда он пришел к ней, Жозефина назвала имя его матери, Магдалены Гриффон.

— О, Боже, какое счастье! Наше дитя нашлось.

Маркиз закрыл лицо руками, потом со слезами на глазах взял приятеля за руку.

— Где Нарцисс? Я хочу его видеть!

— Постой, друг мой, твоей жене еще ничего нельзя знать об этом.

— Но я могу видеть своего сына, обнять его, сказать ему, что он, наконец, нашел отца!

— Разумеется!

— Где он?

— Внизу, у подъезда. Маркиз хотел идти.

— Подожди! — поспешно удержал его Милон, — я позову его сюда. Не делай шума. Магдалена может услышать, а ее надо прежде подготовить к этому.

— Спасибо тебе за такое внимание! — сказал Эжен де Монфор, — неожиданная радость, действительно, может нанести ей вред.

Милон вышел и скоро вернулся, ведя за руку Нарцисса.

— Вот твой отец! — сказал Милон, чувствуя, что он расплачется. Нарцисс кинулся в объятия к маркизу.

Давно не плакал Милон от радости.

— Нарцисс… дитя мое… я лишился тебя, мой дорогой сын, и вот, наконец, вновь нахожу тебя! — вскричал маркиз и долго молча прижимал его к изболевшемуся сердцу.

Нарцисс громко плакал от радости. И у маркиза горячие слезы текли по щекам на уже поседевшую бороду.

— Надо позвать старую Ренарду порадоваться вместе с вами, — заметил Милон.

— Да, да! Я сейчас позову ее, — сказал маркиз и позвонил. — Богу угодно было, чтобы я нашел тебя, дитя мое. Ему и моему дорогому Милону я обязан этим счастливым днем.