— Гермес? — спросил Маркус, задумчиво почесывая свою челюсть.

Дионис фыркнул.

— Гермес не сможет провернуть нечто подобное.

— Кто может? — поинтересовался Солос, проницательно вглядываясь в бога.

— Один из центровых, — ответил Дионис с усмешкой.

— Что ты имеешь в виду? — Люк наклонился вперед в своем кресле, положив руки на колени. — Один из центровых?

Бог одарил его беглым взглядом.

— Есть социальная… или политическая организация вещей на Олимпе — иерархия по силе.

Лаадан, стоявшая в другом углу комнаты, прочистила горло. Стоявшая рядом с ней Оливия хранила молчание. Она не говорила с тех пор, как спросила о Калебе ранее. Мне пришлось сдержать данное ему обещание, насколько бы это ни было отстойно.

— Не мог бы ты дать нам немного больше информации? — вежливо попросила Лаадан. — Я верю, это то, в чем мы не осведомлены.

— Не совсем, — ответил Аполлон. — Вы смоделировали свои Советы наподобие Олимпа, в каждом Совете есть лидер, так сказать. Олимп построен также.

Моё любопытство усилилось.

— Так кто центровые?

Может у Диониса и нет зрачков, но я была совершенно уверена, что, когда его голова повернулась в мою сторону, он стал внимательно рассматривать мою грудь. И также была уверена, что Айден так тоже полагал, учитывая то, как он напрягся.

— Зевс и Гера, за ними следует неизменно популярный Аполлон и его сестра Артемида, затем Арес и Афина, — ответил Дионис. — Последние по порядку, но не по значению, Аид и Посейдон. Все они самые могущественные боги и только кто-то из них может сотворить такое.

— Ну, это не Аид. Он хотел забрать меня в Подземное Царство. И я сомневаюсь, что это Посейдон с тех пор, как он явил всё своё морское божество на Божественном острове.

Взгляд Айдена скользнул на Аполлона.

Бог Солнца прищурил глаза.

— Ага, будто это я.

— На самом деле это может быть любой из них, — сказал Дионис, и затем громко зевнул. — Они дурят друг друга, так что они могут одурачить даже нас, — он пожал плечами, как будто ничего из этого не имело особого значения. — Что есть, то есть.

— Ты что-нибудь ощутил? — руки Аполлона вытянулись по бокам, когда Дионис покачал в отрицании головой. — Ты что-нибудь видел, что может подсказать нам какой бог за этим стоит? Хоть что-нибудь?

— На самом деле я не высматривал ничего такого. Ты мне сказал выяснить как много людей у этого идиота-чистокровного, я это и сделал.

На челюсти Аполлона заходили желваки, и он едва не прорычал:

— Так что ты видел?

— Ничего хорошего.

— Подробнее — сказал Аполлон, выдыхая через нос. — Подробнее.

Меня заинтересовало, был ли Дионис пьян или под кайфом. Мой взгляд встретился с взглядом Дикона, который находился на другом конце дивана, и я могла с точностью сказать, что он думал о том же самом. Даже Леа, которая сидела на подголовнике около Дикона, послала Дионису «какого хрена» взгляд.

— У него порядка гребанной тысячи полукровок Стражей и Охранников, может быть больше. Также, он окружен некого рода внутренним кругом — прочими чистокровными. И что еще лучше, — он сделал паузу, и я понимала, что это было сделано для создания драматического эффекта. — С ним смертные.

Мой рот широко открылся от удивления.

— Что?

— Солдаты, — ответил Дионис.