Я теряю его на несколько секунд, но сразу же переключаюсь на магическое зрение, дарованное Взятым следом.

И в нём всё так же отчётливо вижу удаляющегося противника.

С рыком выдёргиваю из Кармана ту здоровенную снайперскую винтовку и сразу же стреляю. Это явно застаёт упыря врасплох. Потому что он настолько уверен в собственной невидимости, что даже не смотрит за спину. Мощнейшая пуля со всей силы врезается в его поясницу, сбивая прямо в воздухе.

Последствия зафиксировать не успеваю. Грохочущий выстрел слышу уже после того, как чужая пуля тараном влетает мне в голову. Это похоже на удар кувалдой. В хребет отдаёт мучительной вспышкой. Рефлекторно отступаю на два шага назад, покачнувшись.

Снайпер? Снайпер.

Засекаю его наискосок от себя в полусотне метров. Только я собираюсь навести на него винтовку, как закрытая балаклавой голова разлетается в клочья.

— Пожалуйста, — звучит голос Факела.

Выглядываю в пролом и вижу подсвеченные заклинанием синие капли крови на асфальте. А ещё припаркованные полицейские машины. За ними прячутся местные силы правопорядка, которым не дают поднять головы ребята Кречета.

— ТЕК на подходе. Десять секунд, — предупреждает Капитан. — Мы сворачиваемся.

Меня разрывает между желанием догнать врага и допросить оставшихся здесь сотрудников ЦРУ.

И я иду на большой риск.

Активирую непроверенное заклинание в боевой обстановке.

Идею подобной магии я носил в себе уже несколько дней, но негде было испытать. Взяв за основу Массовое исцеление, я попытался создать Массовое покаяние. Нужно было всего лишь выделить в заклинании компонент, отвечающий за работу по площади, а также за отсутствие необходимости касаться цели.

«Всего лишь». Ха. Девяносто девять процентов заклинаний, которые использовали в Ниаттисе, создали эльфы. Они понимали принципы работы своей магии, как никто другой. Поэтому с моей стороны было довольно самонадеянно пытаться сконструировать новую волшбу.

И всё же, перед глазами у меня уже имелись успешные примеры. Идакалис, мой ментор, был одним из них. Хотя мне до его понимания искусства магии ещё расти и расти.

Я ощущаю, как моё внимание растягивается вширь и ввысь. Охватываю чужое сознание — одно, второе, третье. Группы быстрого реагирования и местные ЦРУшники. Их память, подобно цунами, бьёт по моему разуму. Меня захлёстывают чужие жизни. Почти растворяюсь в посторонних воспоминаниях. Рождения детей, свадьбы и похороны. Выпускные и экзамены. Служба в армии, стрельбища, потери соратников. Операции скрытые и незаконные. Нахожу крохи от крох того, что касается атак на наши защищённые объекты.

Вижу кое-что ещё. Убийства гражданских.

«Допустимый уровень сопутствующего ущерба» — в голове резонирует эта фраза. Данный показатель имеет своё чётко выраженное значение, которое не рекомендуется превышать. «Не рекомендуется». Я хочу перебить всех, в чьём разуме нахожу этот термин. Потому что логику сопутствующего ущерба я не приемлю ни под каким соусом.

Однако тот, кто нам действительно нужен, тот, кто может стать причиной последней войны прямо сейчас уходит. Он ранен и я могу его остановить. Здесь и сейчас. Мне надо сделать выбор. Сложный, иной судьба на меня никогда не взваливала, но сделать его надо.

«Если тебе искусственно сужают выбор до двух противоположных вариантов, значит они не хотят, чтобы ты нашёл иной выход». Идакалис, как всегда, прав.

Вновь я активирую Вспышку, на этот раз вливая в заклинание сразу половину моего запаса маны. Здание перестаёт существовать. Потоки огня пронизывают его сверху донизу, выжигая тех, кто охотно жертвовал жизнями невинных ради своих целей.

Усилием гашу магическое пламя, не хочу, чтобы сгорели все соседние дома.