Тьма заполнила собой дальние сектора Разлома.

Стена мглы восстала подобно цунами, выросла на десятки и сотни метров… А затем этот вал устремился вперёд, мгновенно пожирая километры.

— Надо будет внести его в диссертацию, — задумчиво произнёс Вжух.

ГРИМАУН!

Само пространство содрогнулось, когда Хаос породил звуковую волну.

Мне почудилось, что в глубине этой мерзости копошатся какие-то монстры. То ли насекомые, то ли спруты… Как будто Хаос подбирал оружие для финальной битвы.

— За мной, — бросил я через плечо.

И шагнул в очередную воронку.

* * *

Удержаться от падения мне помогла левитация.

Точнее — воздушные шаги.

Прямо под моими ногами разверзся каньон, по дну которого тянулась извилистая лента реки. С порогами, перекатами и небольшими водопадами. С островками зелени, горными выступами и пещерами.

Я парил на расстоянии нескольких сот метров от речного потока — прямо посреди гигантской расщелины. Из-за того, что поверхность была удалена, резко подскочил расход энергии. Пришлось направиться к противоположному краю каньона, одним махом покрыв полкилометра.

Приземлившись на плоской вершине гранитного утёса, я повернулся лицом к пасти Разлома.

Умеет ли Хаос летать?

Подозреваю, что нет. Но это ему и не нужно. С такими возможностями вы легко можете перемещаться в любых направлениях.

Так что времени у меня мало.

А ещё кольнула неприятная мысль: путь к отступлению отрезан.

Следующая мысль была ещё неприятнее: что, если Великий Чертёжник закроет Разлом и не станет меня дожидаться? Это логично. Жизнь одного человека против судьбы всего человечества…

Мной проще пожертвовать.

И здесь, как ни странно, я могу рассчитывать только на отца Бронислава. И на Кэпа. И на верность экипажа, членов которого я неоднократно спасал от смерти. Все они получили инструкции на случай предательства Чертёжника. Надеюсь, эти инструкции будут выполнены.

Врубаю непрерывную циркуляцию.

Начинаю плести вязь.

Пожалуй, одну из сложнейших в своей жизни, но кому сейчас легко?

С моих пальцев срываются сгустки энергии, над каньоном проносятся незримые вихри. Ещё выше, в сотнях метров над моей головой, вычерчиваются узоры навороченной печати, в которую закладывается многоступенчатый алгоритм. Печать вращается, наливается жёлтым пламенем, усложняется и увеличивается в размерах. И вся эта конструкция тянет из меня прорву эфира!

— Ты сегодня в ударе, — комментирует Вжух.

Я не отвечаю.

Только бы успеть!

Питомец убрал крылья и превратился в саблезубого тигра — поджарого и мускулистого. Думаю, он настраивается на бег.

Циркуляция работает на полную катушку, от эфирных потоков гудят каналы.

Ещё три заклинания.

Я вижу первые щупальца тьмы — они струйками сочатся наружу. Словно невидимый курильщик достал трубку и пускает дым в вытяжное отверстие…

Печать не реагирует.

Начитываю, не останавливаясь. Подпитываю линии и древние знаки эфиром. Печать начинает вращаться, изменяя реальность вокруг себя. Я смещаюсь на полкилометра, разрывая дистанцию с противником. Здесь уже работают прыжки через многомерность.

У меня есть пара минут, чтобы осмотреться.

Мир очень похож на Землю, только без городов, дорог и иных признаков человеческого присутствия. Я вижу каньон, горную гряду, далёкие заснеженные вершины. Довольно прохладно, но воздух чистый.