Я задействовал ещё одну старую технику и облёк мысли в слова.

Фраза пробилась сквозь пространство и время, заставила содрогнуться воздух в каюте. Чертёжник оторвался от своего занятия и увидел меня — призрачного, почти нереального.

— А ты способен удивлять, Грим.

— Что ты задумал? — я посмотрел на мойру. — Почему не работают мои печати?

Чертёжник усмехнулся:

— Начну с ответа на второй вопрос. Совет Мойр очень постарался и создал целый лабиринт вселенных, из которых ты не сможешь выбраться. А Живой Хаос — сможет.

— Что за бред ты несёшь? Это самоубийство. Когда он выберется, то уничтожит всех вас.

— Мои коллеги придерживаются того же мнения, — сказал Чертёжник. — Поэтому мне было поручено сотворить замкнутый лабиринт, в котором Хаос будет метаться до скончания веков. Твои боги укрепили бы всё это своими печатями… но меня такой расклад не устраивает.

— Что? — я не мог поверить своим ушам.

Передо мной сидел психопат.

— Видишь ли, Гримаун, я всегда придерживался теории, что Предтечи однажды вернутся и уничтожат нашу цивилизацию. Это вопрос времени. Их война с твоими богами может закончиться победой, разгромом или мирными договорённостями. Не суть. Так или иначе, они оставили Администратора и открыли Врата, чтобы вернуться. И не важно, что они там тебе пообещали. Если есть возможность, существует и опасность.

Я потрясённо молчал.

— Вижу, не понимаешь, — мягко добавил бес. — А ведь всё просто. Живой Хаос способен уничтожить Предтеч. Это его цель. Пусть решает этот вопрос, почему бы и нет? Я настроил выход из лабиринта таким образом, чтобы выбросить тварь прямиком к зоне обитания Древних.

Вопрос, откуда у беса координаты, оставался открытым.

Но ведь он и меня как-то сумел выдернуть из-за Порога…

— Ты идиот, — прошептал я. — Хаос поглотит их, впитает новые знания и вернётся обратно. Он способен только уничтожать и поглощать. Это вирус, раковая опухоль.

— Пока он вернётся, могут пройти века и тысячелетия, — возразил мойра. — Дистанция слишком велика. К сожалению, ты не сумеешь при жизни отыскать выход из этого лабиринта реальностей. Прости, но кем-то всегда приходится жертвовать.

Мне стало смешно.

Человек, подаривший мне шанс на вторую жизнь, меня же и хоронит.

— После нас хоть потоп, а, Чертёжник?

— Думай, что хочешь. Но, учитывая сроки жизни мойр, нам же и придётся расхлёбывать второе пришествие Хаоса.

— Хлебалки не выросли, — беззлобно ответил я. — А ты не думал, что я отчасти предвидел это вероломство? И оставил парочку неприятных сюрпризов?

— Думал, — признался Чертёжник. — Но, знаешь ли, у меня в запасе тоже сюрпризов хватает.

— Вот что, — маска доброжелательности сползла с моего лица. — Когда я разделаюсь с Хаосом, жди в гости.

— Не когда, — поправил меня Чертёжник. — А если.

Глава 29

Многомерность — штука универсальная.

Ключевое слово здесь — «много».

Применив нужную технику, опытный маг способен заглянуть и в иные пространства. Например, в смежные реальности. Чтобы увидеть лабиринт, выстроенный Чертёжником, я активировал «сквозной транс». И то, что мне открылось, вызвало тёплую усмешку.

Живой Хаос просачивался с одного уровня реальности на другой.

Искал меня.

А по следу монстра шла четвёрка архимагов.

Удивительно, но Лориан Торн и остальные сумели проникнуть в ловушку, несмотря на то, что я схлопнул своей печатью воронку перехода.