— Это… немыслимо, — выдохнула Лидия. — Она сама стала жертвой своего же оружия. Какая ирония.

— Именно, — сказал я, открывая на компьютере шаблон отчета. — И теперь наша задача — правильно задокументировать это безумие.

Я нашел в контактах знакомый черный крест и нажал на вызов.

— Алло?

— Мастер Корнелиус — сказал я, когда в трубке ответили.

— Виктор? Что-то случилось? — голос инквизитора был удивленным, но деловым.

— Случилось, — ответил я. — Есть прецедент активного использования оккультного артефакта с летальным исходом. Дважды.

В трубке на мгновение повисла тишина. Я слышал, как Корней переключается с приятеля на должностное лицо.

— Подробнее, — коротко бросил он.

Я вкратце, без лишних эмоций, изложил ему всю историю: смерть Вересаева, украденная картина, смерть его бывшей жены Изольды и наконец измененное полотно с двумя новыми персонажами.

— … артефакт, судя по всему, поглощает то ли души, то ли сущность, — закончил я. — Сейчас он находится у полиции в качестве вещдока. Я считаю, что этим делом должна заниматься ваша служба. Это уже не просто убийство, это черная магия в чистом виде.

— Я понял, — голос Корнея был холодным и собранным. — Ты абсолютно прав. Это наш профиль.

— Я сейчас сброшу вам личный номер урядника Ермолова, который ведет это дело. Свяжитесь с ним, он введет вас в курс всех деталей.

— Принято. Спасибо за информацию, коронер. Мы займемся этим немедленно.

Он положил трубку. Я тут же переслал ему контакт Ермолова. Все. Теперь этот проклятый кусок холста — проблема Инквизиции. Пусть они ломают голову над тем, как его обезвредить. Все же для этого их когда-то и создали.

Я открыл шаблон протокола. Пальцы привычно забегали по клавиатуре, заполняя графы.

Дойдя до графы «причина смерти», я на мгновение замер. Врать и изворачиваться, придумывая псевдонаучные термины, больше не было смысла. Дело перешло на другой уровень.

— Итак, — сказал я, и мои пальцы уверенно застучали по клавишам. — «Смерть гражданина Вересаева А. З. наступила в результате воздействия неустановленного оккультного артефакта, вызвавшего стремительное истощение жизненных сил и последующую остановку витальных функций организма».

— Ого. Прямо так и напишешь? — в ее голосе Алисы звучало удивление. — А что, так можно было?

— Теперь можно, — ответил я. — Раз уж дело официально передано Инквизиции, нет смысла играть в загадки. Называем вещи своими именами.

Лидия одобрительно кивнула.

Я закончил отчет, указав, что дальнейшее расследование природы артефакта и обстоятельств двойного убийства передано в ведение Святой Инквизиции. Прикрепив файл к письму, я отправил его по всем нужным адресам: Ермолову, Приставу, в Магистрат. Свою часть работы мы сделали — дальше не наши заботы.

В этот момент телефон на столе тихо завибрировал. Я бросил на него взгляд. Уведомление из «Имперграмма». На экране знакомый черный крест. Корней.

Я открыл чат.

«Работа работой, но в лес не убежит. Мы тут с мужиками собираемся на соколиную охоту выехать. Ты как?»

Соколиная охота? Я невольно усмехнулся. Инквизиторы с соколами на перчатках. Картина была настолько абсурдной и одновременно настолько… имперской, что это казалось почти нереальным.

И при этом довольно интересно. В прошлой жизни я об этом развлечении аристократов слышал только в исторических сериалах. Пышные костюмы, лошади, специально обученные хищные птицы. Я в душе не чаял, что это такое и с чем его едят. Надо будет по приезде домой обязательно глянуть информацию в сети, чтобы не выглядеть полным профаном.