– Как жаль, что дядя уговорил тебя стать женой этого негодяя Шепарда!

Элиза усмехнулась, грустно взглянув на подругу.

– Даже если бы я была свободна, это ничего бы не изменило, – тихо сказала она. – Ты забыла, что Лаваль не ровня мне по рождению. Правнучка герцога и дочь виконта не может связать свою судьбу с простолюдином.

Каролина сочувственно вздохнула.

– Понимаю, дорогая. Вас с Лавалем разделяет огромная пропасть, и перешагнуть ее не дано ни тебе, ни ему.

– Кое-что общее у нас все-таки есть, – с горькой усмешкой проговорила Элиза. – Его отец, как и мои родители, окончил жизнь под ножом гильотины.

– Какой ужас! – выдохнула Каролина, заметно побледнев. – Прости меня, я даже предположить такое не могла. Отец Лаваля, так же, как твои и мои родители… Что ж, это не так уж и удивительно. Когда Робеспьер отправил на гильотину почти всех оставшихся во Франции дворян, он взялся за банкиров и торговцев.

– А вот сестру Армана погубил мой дядя, – едва слышно вымолвила Элиза. – Поэтому он и решился на этот отчаянный поступок – чтобы отомстить. И я чувствую себя в огромном долгу перед ним. Я просто обязана его спасти. Иначе не представляю, как буду жить дальше.

– Расскажи мне еще раз эту историю теперь уже от начала до конца, со всеми подробностями, – попросила Каролина. – Да, чуть не забыла важную деталь: как же все-таки случилось, что вас так быстро нашли? Ты говорила, что смогла выбросить на дорогу медальон с портретом матери. Его подобрали и передали виконту де Марни?

– Да. И я не перестаю проклинать себя за этот поступок. Но в тот момент я была уверена, что поступаю верно. Кстати, – Элиза усмехнулась, – я удивлена, что меня так быстро хватились.

Каролина со стоном опустилась на диван.

– Если бы я только могла предположить, что поступаю тебе во вред! Когда мы вернулись с вечеринки в клубе эмигрантов, в гостиной уже находился виконт де Марни. Он поджидал тебя, чтобы уговорить вернуться к мужу. Удивившись, что тебя нет дома, я начала расспрашивать слуг, и тут выяснилось, что ты уехала вместе с маркизом де Круа. Реакция виконта была ужасной. Он тотчас бросился в полицию и поднял всех на ноги. По вашему следу немедленно отправился отряд под руководством капитана Батлера. Но боюсь, что, если бы не твой медальон, поиски вряд ли бы закончились успешно. Полагаю, не обошлось и без предательства со стороны шпионов Бонапарта, ведущих двойную игру. Отыскать убежище контрабандистов на скалистом побережье Корнуолла – задача не из легких.

– Так или иначе, сейчас об этом уже поздно рассуждать, – подвела итог Элиза. – Утром я отправила записку Сазерленду и теперь с нетерпением жду ответа.

Усевшись на диван, подруги зашептались, заново обсуждая историю похищения. Но примерно полчаса спустя их разговор был прерван неожиданным визитом Пьера де Марни. Пройдя в гостиную без доклада, виконт остановился напротив Элизы, сверля ее раздраженным взглядом, и без обиняков начал:

– Странные слухи доходят до меня, дорогая племянница! Говорят, ты повсюду рассказываешь, как почтительно обращался с тобой Лаваль, и вовсю превозносишь его благородство. А мне казалось, что у тебя хватит ума помалкивать об этой постыдной истории. Но, видно, я ошибся. А может, – произнес де Марни, повысив голос, – все дело в том, что ты воспылала нежными чувствами к своему похитителю, начитавшись романтических книг? И не осознаешь, что, защищая этого мерзавца, пускаешь по ветру свою честь!

– Ты глубоко заблуждаешься, дядя, – сдержанно проговорила Элиза, поднимаясь ему навстречу.