— Мне кажется, господин, вы недооцениваете их верность вам.

— А ты, Франциско, переоцениваешь людскую память и благодарность. Демоновы лестницы! Сколько же их? Надо было купить летательный артефакт. Но я оставил почти весь аванс Спичке, им на первых порах нужнее.

— Господин…

— Что, Франциско?

— Мне очень стыдно, но…

— Да что такое? — Полчек обернулся и увидел, как гоблин оседает на мостовую. Его морщинистая кожа на глазах приобретает салатовый оттенок из нормального огуречного.

— Что с тобой? — драматург подхватывает Франциско, не давая упасть.

— Мне бы передохнуть, господин… Все эти лестницы…

— Что же ты сразу не сказал? — Полчек заозирался. — За что люблю Всеношну, тут на каждом углу питейное заведение!

Он взвалил гоблина на плечо и направился к дверям бара. На двинувшегося к ним вышибалу глянул так грозно, что тот сразу сделал вид, что люди с полудохлыми гоблинами на плечах — самые обычные для их заведения посетители.

Полчек пристроил дворецкого на диванчик и пододвинул к себе столик.

— Мне вина, — сказал он подлетевшему официанту, — а ему… Франциско, что ты пьёшь вообще?

— Иногда я позволял себе допивать из вашего бокала, господин…

— Значит, бутылку и два бокала. Что у вас есть из еды?

— Мы не подаём еду в это время суток…

— Значит, сделайте исключение! Быстро неси что-нибудь, пока я не превратил тебя в жабу! — Полчек щёлкнул пальцами, вокруг них забегали зловещие синие огоньки.

— Вроде бы повар ещё не ушёл, попрошу его сделать омлет, — испуганно ответил официант, — прошу вас, господин маг, не превращайте меня ни в кого!

— Посмотрим на твою расторопность.

— Но… господин… — тихо сказал Франциско. — Разве вы владеете магией метаморфоза?

— Нет, конечно. Но он об этом не знает. Прости, Франциско, я совсем тебя загонял. Забываю, что ты старик.

— Я ещё не стар, — упрямо отвечает гоблин, — служить вам мой долг.

— Это у меня перед тобой долг. Пять тысяч куспидатов.

— Я… служу вам… не за деньги…

— Я знаю, но долг есть долг, и я про него помню. На вот, выпей вина. Не знаю, полезно ли пить в твоём состоянии, но лекаря тут нет и запретить некому.

— Простите, господин маг, — к столику подошёл дородный мужчина, — но в нашем заведении не обслуживают гоблинов.

— Это мой дворецкий, — спесиво ответил Полчек, — если бы я зашёл сюда с чемоданом, вы пришли бы сказать, что не обслуживаете чемоданы?

— Но вы поите его вином…

— Я заплатил за это вино и могу делать с ним что угодно. А сейчас пойдите и проследите, чтобы нам принесли омлет, если не хотите узнать, каковы на вкус мухи!

— Извини, Франциско, — сказал он, когда метрдотель удалился, — я не считаю тебя чемоданом. Но я действительно не умею превращать людей в жаб, и у меня почти кончились боевые заклинания.

Полчек пробежался пальцами по причёске, в которой теперь не хватает бусин.

— Драка истощила мои запасы, а сесть и наделать новых нет времени, что звучит несколько иронично для хронурга.

— Я понимаю, господин. Я не обижаюсь, господин.

Официант подал омлет, и Полчек, не обращая внимания ни на слабые протесты Франциско, ни на возмущённые взгляды персонала, накормил им гоблина чуть ли не с ложечки. Тому на глазах становится лучше, кожа вернула себе нормальный тёмно-зелёный цвет, обвисшие уши расправились, глаза заблестели.