|
Хорошо? – Договорились. Когда Андрей вернулся к себе, на часах было уже четыре утра. Марго спала, уткнувшись лицом в подушку. В каюте было жарко, и одеяло сползло – или было сброшено – на пол. Гумилев смотрел на смуглую спину девушки, на ее длинные стройные ноги и думал о том, как хрупка и беззащитна человеческая жизнь. Неведомый убийца уже расправился с Алферовой, Жанной и генералом Свиридовым. Что помешает ему обрушить мощь Морского Конька на спящую Марго? Или на безмятежно посапывающую в своей кроватке Марусю? «Надо спасать девчонок, – подумал Андрей. – Станцию жаль, но теперь, когда я собственными руками сделал Фраму лоботомию, «Земля 2» не больше, чем очень дорогое транспортное средство. Надо уходить со станции. Спасатели могут прилететь за нами в любой район Арктики. В конце концов, я попрошу Санича связаться лично с Шойгу…» «И как это будет выглядеть? – спросил внутренний голос. – Миллиардер спасается бегством вместе с дочерью и любовницей, бросая всех на произвол судьбы?» «Я попрошу, чтобы вывезли только Марусю и Марго, – ответил голосу Андрей. – А сам вернусь и отыщу убийцу. Отыщу его, во что бы то ни стало…» Он присел на край кровати и осторожно, чтобы не разбудить, погладил Марго по темным волосам. – Не бойся, девочка, я не дам вас в обиду. Марго повернула голову и сонно прошептала: – Как хорошо, что ты пришел… иди ко мне… – Сейчас, – шепнул Гумилев, наклоняясь и целуя ее в ложбинку между ухом и шеей, – только взгляну, как там Маруська. Маруся крепко спала, обняв плюшевого мишку, которого еще два года назад подарил ей Арсений Ковалев. Мишка с тех пор прошел огонь, воду и медные трубы, мех у него местами повытерся, а вместо одного глаза была пришита пуговица, но девочка не променяла бы его ни на какие новые игрушки. Насколько помнил Андрей, мишку звали Пушок – странное имя для медведя, но детская логика всегда была для него еще загадочнее женской. Андрей поправил сбившееся одеяло, убрал с края кровати готовую свалиться на пол книжку про динозавров и вернулся к Марго. «Посплю хотя бы часика три, – решил он. – Если уж уходить со станции, то делать это лучше на свежую голову». Но поспать ему, разумеется, не удалось. Марго немедленно обхватила его горячими ногами, обвила руками шею и уткнулась лицом в плечо. – Там случилось что то страшное, да? – спросила она шепотом. – Свиридова пытались убить, – прошептал Андрей в ответ. – Я принял решение – мы должны уйти с «Земли 2». Утром соберемся и высадимся на лед. Я свяжусь с ледоколом, нас заберут через несколько часов. – А как же твоя станция? Ты ее бросишь? Гумилев заколебался. Говорить или нет Марго о том, что он отправит на Большую Землю только их с Марусей, а сам вернется на станцию? – Вы для меня важнее, – сказал он. Глаза Марго подозрительно заблестели. – Спасибо тебе, родной мой… я так боюсь за Муську… Он поцеловал ее – очень нежно, очень благодарно. – Девочка моя… прости меня, я только здесь понял, как много ты для меня значишь. Я никогда тебя не оставлю. Никогда… Гумилев и сам не понимал, что с ним происходит. Он никогда не был любителем высокого стиля и красивых фраз. Но сейчас слова будто бы сами рвались из глубины души, и произнося их, он чувствовал себя непривычно легко. – Ты правда… правда так ко мне относишься? – Ты, наверное, хотела спросить – правда ли я тебя так люблю? – улыбнулся Андрей. – Да, малыш, это чистая правда. Я люблю тебя. Я никого и никогда не любил так, как тебя. И знаешь, что, малыш… Он помедлил, последний раз взвешивая на воображаемых весах то, что хотел сказать. |
