– Да-а?! И как это было определено?

– Как вы наверняка поняли, пограничный переход на комнату отдыха похож лишь с виду. Но в наших чекпойнтах не только стандартные таможенные сканеры смонтированы…

– На самом деле это мультикомплекс неимоверной сложности. Фантастически дорогостоящий. Распознает генетические примеси практически всех выживших доныне рас, улавливает весь спектр биоволн, анализирует и выдает приговор, – встревает пилотесса-референтка, почему-то выделив голосом одно из слов. – Практически это искусственный эмпат. Я когда впервые здесь побывала, меня…

– Девушка абсолютно права, – не дав договорить, подтверждает старшая из режиссерш. – Если бы тяшки узнали, что мы любые враждебные намерения стопроцентно засекаем, со страху обделались бы. А так – спецслужбы предателей вяжут и как бы от их лица тяшкам дезу качают.

– Ну-ну.

По интонации становится ясным, что хвастливые объяснения его вовсе не убедили.

И в принципе, он не так уж не прав…

– Приятного времяпровождения, – дуэтом желают штатные муниципальные дезинформаторши.

– Да я понял, понял, в вашем городишке не соскучишься… – Ворча это, приезжий уже целеустремленно шагает прочь. Вдоль полосы ожидания, разделившей платформы, вдоль двойной шеренги столбов, подпирающих свод.

Изнутри станция похожа на дворцовый зал, стены, потолок и колонны которого сработали из благородных пород камня искусные мастера. Различные металлопластовые и металлические конструкции – пышные грозди светильников, изящные кронштейны системы общественного головещания, неглубокие ниши стационарных сетевых терминалов, скамьи удобной для гуманоидов формы – сияют отполированными поверхностями, прибавляя ощущение праздничности. В воздухе разлит сложный коктейль запахов, основой которому служит аэрозольный освежитель с цветочным ароматом. Многие из тех, кто ожидает поезда, земы и земляшки различных возрастов и субрас, широко улыбаются друг дружке. Некоторые смеются, кто-то нацепил очки и считывает с личных терминалов, кто-то слушает музыку, закрыв уши ретрансами, кто-то разговаривает, кто-то прохаживается туда-сюда, дети жуют сладости и орешки, компания старушек обсуждает новую серию мелодраматического сериала, эпизоды которого мелькают в проекционных сферах на кончиках выносных кронштейнов…

Рассекая негустую толпу, приезжий зем что-то бормочет себе под нос. На пределе чувствительности, поэтому не все косморусские слова удается осмыслить. «…ели вокруг паль… ак салагу… адо же… ерил… купилс… а понт взя…»

Приезжая земляшка настигает босса (?) и отчетливо произносит:

– Это было нечто!

Не снижая темпа, мужчина вопросительно косится на нее.

– Посмотрел бы на себя со стороны! Облизывался на ту парочку шоколадок в чекпойнте, как…

– Как говорим мы, рекламные дизайнеры, – громко заявляет зем, – белое с черным и коричневым – это очень стильно! Хотя белое с белым и песочно-кремовым – наиболее гармонично сочетается. До смерти буду жалеть, что распутная тигрица так глупо подставилась. Вы с ней так бесподобно смотрелись! Если когда-нибудь узнаю, какие сволочи меня грохнуть пытались, я им за барби апокалипсис устрою, не дожидаясь конца света. Безо всякой рекламной кампании по всей Сети распространю, по молекуле на точку.

ЧТО подразумевается, совершенно невозможно расшифровать, увы.

Блоки экстраполяторов аж глючат от перенапряжения. Так часто бывает – высказывания двуногих исчадий ада абсолютно не поддаются осмыслению.