Она справилась с искушением, но сердце болело, словно в грудь вонзился кинжал. Стараясь не смотреть на лицо единственного мужчины, которого она любила, Сара осторожно встала и сразу очутилась в отрезвляющих объятиях холода. Но это было как раз то, в чем она нуждалась – встряхнуться и помнить, что реальность несопоставима с ее мечтами.

Когда пришло время будить Лайама, Сара закончила работу, оставшуюся с вечера, накормила Сида, приготовила завтрак, включила стиральную машину. Словом, делала все, что делала до того, как приехал Флинн, тем самым стараясь вернуть свою жизнь в прежнюю колею. Однако забыть о том, что Флинн в ее доме, было выше человеческих возможностей.

Впрочем, это было не под силу и ее сыну. Едва услышав, что Флинн еще спит, Лайам захотел разбудить его сам. Со всей строгостью, на которую она была способна, Сара отправила мальчика вниз, но, когда ходила переложить выстиранные вещи в сушилку, Лайам все же умчался к отцу. Вернувшись в пустую кухню, Сара сразу поняла, где он. К сожалению, она поднялась, когда Флинн уже проснулся.

Стоило ей взглянуть на его красивое лицо, как ее надуманная уверенность, что он не сможет разбить ей сердце во второй раз, мгновенно улетучилась.

Такие мысли настроения не поднимают. Хорошо, что времени на раздумья не оставалось: Лайаму пора было уходить. Пока она его одевала, Лайам не сводил взгляд с лестницы, боясь, что Флинн опоздает.

Наконец раздался бодрый голос Флинна:

– Я готов.

Она повернулась и не смогла удержаться от досадливой гримасы. Флинн был в той же одежде, что вчера, его волосы были чистые и еще немного влажные после душа, щетина на лице заметно выросла, однако это ничуть не уменьшило его привлекательности.

– Извини, – неверно истолковав выражение ее лица, сказал Флинн, проведя рукой по подбородку. – Я нашел лезвия, но подумал, что не успею побриться.

– Тебе не обязательно идти с ним, – в который раз повторила Сара, стараясь не думать, какой переполох вызовет его появление в детском саду, когда выяснится, что он, ко всему прочему, еще и граф. Или какие сплетни пойдут после того, когда он снова уедет…

– Мы уже обсудили этот вопрос. Для меня это не менее важно, чем для Лайама.

– Ты ведь еще не завтракал, – настаивала Сара.

Флинн небрежно пожал плечами.

– Успеется.

– Пока, мам.

Сара поцеловала сынишку, и Лайам сразу устремился к двери.

– Увидимся, – проговорил Флинн. И повторил это слово по-ирландски.

Понимая, что отговаривать его бесполезно, Сара молча ждала, когда он выйдет, но Флинн вдруг подошел к ней и улыбнулся слегка насмешливо и нежно одновременно.

– Флинн, не надо, – догадавшись о его намерениях, прошептала она.

– Сара, – негромко сказал он, наклоняясь к ней.

От ласки, с которой он произнес ее имя, у нее задрожали колени, и в ту же секунду губы Флинна прижались к ее губам. Голова у нее закружилась, и она сразу стала безвольной в его руках. Обхватив Флинна руками за плечи, Сара ответила на его поцелуй.

– Папа, ну где ты?!

Возбужденный голос Лайама не сразу проник в ее сознание, но последовавший за этим потрясенный возглас она услышала сразу. Словно ужаленная, Сара одернула руки от Флинна и ужом высвободилась из его объятий. Ее лицо горело. Флинн, напротив, улыбался от уха до уха. Лайам, замерев, стоял на пороге.

– Я скучал по тебе, – глядя на нее, сказал Флинн.

– А я – нет, – заявила она. – И, бога ради, постарайся убедить Лайама, что этот поцелуй ничего не значит, иначе он напридумывает себе невесть что, – негромко, чтобы не услышал Лайам, добавила она.