— Я тоже, — призналась Сабрина. — Мне не помогла даже йога.

— Наверное, делала не те растяжки и не в тех позах. Сегодня ночью мы над этим поработаем.

Сабрина улыбнулась:

— Значит, ты теперь у нас учитель йоги?

— Я волшебник. Я помогу тебе расслабить твои прекрасные мышцы. — Дилан подмигнул и отпустил ее. — Обещаю.

— Ловлю на слове. — Сабрина пригладила волосы. — Сейчас мне это особенно необходимо. Понимаешь, я волнуюсь не только из-за того, что мне скажут в больнице. Сегодня я решила сделать официальное объявление. Пора, не так ли?

Дилан скрестил руки на груди.

— И когда же?

— В конце рабочего дня.

— Донна должна разослать всем нашим сотрудникам сообщение о том, что сегодня состоится общее собрание. Тот, кто по каким-то причинам не сможет явиться, услышит новость по телефону. Я не хочу поднимать много шума, но люди не должны думать, что это событие касается только начальников. Если результат анализа будет положительным, Карсон получит мою почку, но даже если я не гожусь в доноры, все равно я его дочь. Я хочу быть членом «Руссо» и частью жизни Карсона независимо ни от чего. Пришла пора сообщить это его сотрудникам — ведь, образно говоря, они тоже его семья. Я даже подумала, не следует ли заснять совещание, а потом принести запись в палату и показать ее Карсону… Сперва мне хотелось, чтобы он сам сообщил эту новость, но вряд ли медперсонал будет в восторге, если мы устроим в палате телемост. Так что пусть он лучше просто посмотрит, как все прошло. А ты что думаешь по этому поводу?

— Думаю, он эту пленку до дыр засмотрит и медсестер из ночной смены тоже заставит смотреть. Другое дело, как твоя мать это воспримет: ей придется пережить нашествие репортеров и все такое…

Сабрина кивнула.

— Она знает, что я затеяла. Позже я позвоню бабушке с дедушкой и им тоже расскажу. Сложный будет разговор, особенно если окажется, что я подхожу в качестве донора. То, что я стала президентом «Руссо», они еще вытерпят, но вот операция… Впрочем, они люди догадливые, и мое сообщение вряд ли станет для них неожиданностью. Кстати, вечером сюда приедет мама — она поможет отвечать на звонки журналистов, если те сильно будут досаждать, и уладит разногласия бабушки и дедушки с их друзьями.

— А как насчет тебя? Ты готова? Сабрина усмехнулась:

— Выдержу как-нибудь.

— Сегодня ты будешь ночевать у меня, — безапелляционно заявил Дилан. — Тогда тебя по крайней мере не сразу обнаружат.

Сабрина хотела что-то ответить, но тут их разговор прервал телефонный звонок. Сабрина подняла трубку.

— Понятно. Уже еду.

Повесив трубку, она обернулась к Дилану:

— Это Мэри из отделения интенсивной терапии. Доктор Рэдисон хочет меня видеть немедленно, как только возвратится из лаборатории с результатами.

— Какими именно?

— Пока не знаю. — Голос Сабрины звучал спокойно. — Но скоро все выяснится.

Сабрина, нацарапав записку Донне, схватила сумочку и направилась к двери, но вдруг обернулась:

— Я не хотела бы идти одна. Ты не поедешь со мной?

Дилан ободряюще улыбнулся ей и тут же потянулся к трубке.

— Нина, это я, — сообщил он, после того как сработал автоответчик. — Сейчас половина восьмого. Утром меня в офисе не будет: если вдруг что-то срочное, звони в «Гору Синай».

Положив трубку, кивнул Сабрине.

— А теперь пошли.

8.10

Больница «Гора Синай»

Рэдисон уже поджидал их в своем кабинете.