Насмешливый тон, которым он постоянно со мной разговаривал, был очень неприятен. Мне казалось, что он пристально рассматривает мое лицо, стараясь найти морщинки и дряблую кожу и, конечно, находит и то и другое.

— Я просто решила, что вы захотите вернуть ее в библиотеку, откуда она была взята пятнадцать лет назад.

— Ах, она просрочена? Вот как! — он взял книгу и открыл обглоданную обложку. — Как это мы не заметили? Очень любезно, что вы ее принесли. Прошу вас, пройдите в библиотеку и выберите себе какой-нибудь другой роман.

— Я не пришла к вам за милостыней, лорд Уэйлин!

Однако, уходить мне было еще нельзя, потому что я не выполнила свою миссию. А библиотека, пожалуй, была подходящим местом, чтобы спрятать ожерелье. — Хотя, может быть, у вас есть какие-нибудь романы, которые вы прочитали?

Он жестом показал мне, где находится библиотека и я, поблагодарив его, пошла по широкому коридору. Лорд Уэйлин сопровождал меня, по-видимому, опасаясь за свою библиотеку.

— Я должен похвалить вас, мисс Баррон, за удачное начинание. Хорошо, когда женщины находят себе занятие, чтобы не скучать, — сказал он снисходительным тоном.

— Да, конечно, ведь не у всех же имеется для этого собака.

Он резко повернул голову и зло посмотрел на меня. Я, как ни в чем не бывало, продолжала идти дальше.

Когда мы пришли в библиотеку, лорд Уэйлин остановился в дверях.

— Вы можете взять отсюда все, что вам понравится, — сказал он, указывая на груду книг на столе. — Я собираюсь выбросить их, чтобы освободить место для новых книг. Нужно идти в ногу с прогрессом. Философия, поэзия…

Он поклонился и вышел, холодно усмехаясь.

Одного взгляда на старые книги было достаточно, чтобы понять, в чем дело. Зубки Бубби здесь хорошо поработали. Среди них попадались и хорошие книги в кожаных переплетах с золотым обрезом. Я быстро осмотрела комнату, стараясь найти место, куда сунуть бриллианты. Но библиотека — это только библиотека. Вдоль стен плотно стояли ряды книг. В середине комнаты стояли два стола и несколько стульев. Не могла же я просто положить ожерелье на стол. Высокая стеклянная дверь вела в небольшой розарий, обрамленный тисовыми деревьями. Лучшее, что я могла придумать — это спрятать ожерелье за книгами в надежде, что его обнаружат в ближайшее время. Но, взглянув на книги, я поняла, что их никто не читает, это были просто декорации, как в театре. Ожерелье могло пролежать там сотни лет, пока не понадобится какая-нибудь цитата, или не проголодается Бубби.

Я выглянула из двери и увидела другую комнату всего в нескольких шагах от библиотеки по коридору. Здесь у меня было больше шансов. Комната была небольшой и служила, по-видимому, только для выставки китайского фарфора. Там стояли застекленные шкафы, набитые вазами всевозможных фасонов и расцветок. Прекрасно! Не знаю, как книгами, но своим фарфором лорд Уэйлин интересуется постоянно и, конечно, обнаружит ожерелье. Я подскочила к ближайшему шкафу и хотела его открыть, но дверца была заперта на ключ. Я подергала другую дверцу, еще и еще, пока не обошла всю комнату. Оказалось, что все шкафы надежно заперты, как сейфы.

В центре комнаты стоял большой квадратный стол. На нем возвышалась фарфоровая лошадь и несколько статуэток, но ни в одной из них не было удобной выемки, чтобы положить бриллианты. А если лорд Уэйлин когда-нибудь и сидел в этой комнате, то сидел он на одном из четырех деревянных стульев с жесткой высокой спинкой и без всякой обивки. Как же это я в целой комнате не могла отыскать место, чтобы спрятать маленькое ожерелье?

Я не слышала шагов в коридоре и даже подумала, уж не подкрались ли лорд Уэйлин и его матушка специально, чтобы поймать меня, когда я буду красть вазы. Они были в библиотеке, я слышала их возбужденные голоса.