Глава 12

— Они пытались целовать меня, — с ужасом рассказывала Кей Алексу.

Стояла ночь, они были в конюшне, где Алекс чистил их лошадей.

— Вот как?

— Только попробуй поиздеваться надо мной! Если скажешь хоть слово, я… — Она торжествующе усмехнулась. — Я не дам тебе прочитать письмо дяди Ти-Си.

Алекс сразу перестал улыбаться и, прекратив работать, внимательно посмотрел на Кей.

— Что он пишет?

— Я еще не открывала письмо.

— Не читала?

— К твоему сведению, после того как ты зашвырнул меня в это девичье царство, у меня не было ни одной свободной минутки. Ты хоть понимаешь, что эти близняшки хотели от меня? Они ощупали меня всю, с ног до головы, и постоянно лезли целоваться. Одна из них подставила мне подножку, и я упала на другую, и они…

— Они такие же, как все женщины на земле, — небрежно бросил Алекс. — Где письмо?

— Они не такие, как все. Я в жизни…

— А как еще мужчине узнать, что женщина ждет от него поцелуя, если она не скажет ему об этом напрямик? — В его голосе слышалось явное нетерпение. — Дай мне письмо.

— Может, и так, но существует такая штука, как тонкость. У докторов даже пиявки не присасываются так, как присосались ко мне эти две. Я и шагу не могла ступить, чтобы они не…

Взгляд Алекса заставил Кей замолчать и достать из кармана письмо, хотя она планировала прочитать его первой. Как никак оно адресовано ей. Но за последнее время она так привыкла все делить с Алексом, что даже не испытала ни малейшего сожаления.

Кей протянула ему письмо, однако он не взял его и продолжал чистить лошадь.

— Прочти мне вслух.

Кей сломала печать. При виде знакомого почерка крестного она едва не расплакалась. Несколько раз глубоко вздохнув, она успокоилась и сказала:

— Написано через пять дней после того… после того как я встретилась с тобой. — Это было самое мягкое описание побега из тюрьмы.

Кей начала читать:

«Моя дорогая, любимая Кей!

Не могу передать, как я виноват в том, что случилось с тобой. Это все моя вина, и я никогда не прощу себя. Я был бы рад расписать тебе все подробности, нисколько у меня хватит пера и бумаги, но здесь Адам, а ты знаешь, что это значит. Так что к делу.

Во-первых, твои родители ничего не знают. В тот вечер, который я не могу назвать иначе, как “Вечер большой ошибки”, Хоуп наняла быстрый экипаж, взяла с собой Кадди, верного слугу твоей матери, и отправилась в Эдилин к Нату, чтобы с его помощью собрать твоих братьев. Ей повезло: Адам оказался дома и все организовал. Он знал, что рассказывать твоему отцу ничего нельзя, иначе начнется война. Ангус был бы вне себя от страха за тебя, а если бы он обнаружил, что причиной всех неприятностей стал я, то лишил бы меня жизни, причем по праву.

Нат сказал мне, что Адам умеет мастерски лгать, когда того требует ситуация, и на этот раз он превзошел себя. Он выдал твоим родителям какую-то безумную историю, объясняя необходимость срочно уехать и они с Натом довольно быстро добрались до Чарлстона. Думаю, Адам запряг орла и долетел.

Один день Адам потратил на то, чтобы поговорить с людьми и позадавать вопросы. Он планирует куда-то уедать, но не рассказывает куда. Нат останется в Чарлстоне и попробует разгадать тайну, как жена Алекса была убита в запертой комнате.

Кей, твоя репутация не пострадала. Это оказалось простым делом, но если ты читаешь это письмо, значит, ты во Флориде. Интересно, а Алекс…»

Кей замолчала и пробежала глазами остальную часть письма, а потом посмотрела на Алекса.

— Ты был прав, утверждая, что дядя Ти-Си придумает, как обелить мое имя.